Среди чёрнопередельцев и народовольцев - 1

Приехав в Петербург в середине декабря или несколько позже, я еще застал там Плеханова, являвшегося идейным главой и душой чернопередельческой группы. На воронежском съезде землевольцев он самым страстным и решительным образом отстаивал старую народническую программу и тактику, вдохновлял сторонников сохранения той и другой в неприкосновенности и фактически руководил ими. Его моральному и идейному влиянию, главным образом  чтобы не сказать больше  приверженцы старого народничества были обязаны тем, что они сорганизовались в самостоятельную группу «Черный Передел».

Кроме Плеханова среди петербургских чернопередельцев выделялся своим образованием и литературными способностями О. В. Аптекман, с которым я впервые познакомился при своем последнем приезде в Петербург. Из других чернопередельцев я лично знаком был с Н. Короткевичем, М. Крыловой и Е. Н. Ковальской. С Короткевичем я встречался в Киеве в конце 73 и в начале 74 года. Насколько помню, он, если не формально, то фактически примыкал к кружку «Чайковцев». М. Крылова в 76 или 77 г. училась наборщическому делу в Женеве и теперь заведовала типографией «Черного Передела». Она была до крайнего фанатизма предана старому народничеству и вообще принадлежала к типу наиболее самоотверженных людей революционного поколения 70-х годов. С Е. Н. Ковальской я познакомился осенью 1875 года в Петербурге. Муж ее был учителем в какой-то гимназии или другом среднем учебном заведении и так же, как она, сочувствовал революционному движению. Но она впоследствии целиком отдалась делу революции и попала, насколько мне известно, на каторгу.

Кроме названных членов чернопередельческой группы, в моей памяти сохранились имена только двух, с которыми я впервые познакомился: Преображенский («Юрист») и Щедрин. Но только первый из этих двух принадлежал к руководящему, центральному кружку чернопередельческой фракции. 

Всего в центре числилось максимум десять человек, но из них часть отсутствовала из Петербурга. А те, которые были на лицо, очень скоро после моего приезда очутились  одни в тюрьмах, а другие заграницей. Поэтому, с большинством ив моих новых товарищей я даже не успел ближе познакомиться.