30 января. Сегодня совершенно случайно попал на базар. Ехал покупать рукописи, но продавца не застал дома и от нечего делать поехал на базар. Базар красного товару почти совсем пуст. Лавки закрыты; большинство товаров здесь европейского происхождения.
Из туземных произведений видел шелковые ткани. Ни рисунок, ни доброта тканей мне не нравятся.
Сегодня день неудачный. В три часа отправился в Dakkhinasrama и не нашел монастыря.
Дом золоченый прямо против Hlot daw есть тот самый монастырь, в котором жил царский наставник.
Был у католического епископа. Монсиньор принял меня весьма любезно. Поил белым вином отменного достоинства. Монахи, несомненно, стоят во главе разбойничьего движения; дакойты, однако же, разоряют главным образом своих же. Европейцев они убили не более двадцати. Их усмирить легко, и англичане своею слабостью вызвали это движение и дали ему разрастись.
Тзи-бау был слабохарактерный, слабый царь. Все делала жена.
Причина настоящая войны -- боязнь Франции. Французов здесь было не более десяти человек на службе у царя. Царь ненавидел англичан. Бирманский посланник в Париже -- бывший католик, воспитанник монсиньора Бодо (?). Он обращался к Бисмарку за содействием.
Правление здесь было в корне испорченное: суды продажные, недобор податей и т.д. Словом все, что сплошь да рядом бывает в странах, управляемых единодержавными владыками. Но англичане вмешались не из-за этого, не Bombay Burma Т.С. была причиною вмешательства, а так называемые интриги Франции. И они достигли своей цели; замедли они движением войск, положение дел изменилось бы к их невыгоде: Тзи-бау успел бы заключить трактаты с Францией, Италией и Германией. Его отношение к Англии через это совершенно изменилось бы. Но благодаря своим усовершенствованным путям сообщения англичане в какие-нибудь три недели успели без боя занять всю страну: дакойты есть следствие их ошибок. И они теперь им не опасны; да очень немногие из них принимали участие в разбоях. Новые пути, развитие торговли совершенно успокоят страну, и бирманцы совершенно примирятся со своею долею. В Мандалае до пятисот католиков. По-английски бирманцы не хотели учиться. Тзи-бау был не злой царь, но никогда не выезжал из дворца, он совершенно не знал не только света, но даже своей столицы, на которую иногда бросал царственные взоры издали, с высоты башни.