На пути к социал-демократии - 5

Я переехал в Цюрих в конце августа или начале сентября, незадолго до интернационального социалистического конгресса, состоявшегося в швейцарском городке Хуре. Получив от местного организационного комитета (почти наверное, через Бернштейна) приглашение принять участие в этом конгрессе, я дал знать об этом  не помню, каким путем  товарищам-чернопередельцам в Россию и просил их прислать мне доклад о фактическом положении революционной партии в России. Но потому ли, что мое сообщение было слишком поздно получено товарищами, или по другой причине, я получил от них только согласие представлять их на конгрессе и несколько денег на необходимые расходы по поездке в Хур и т. д. Я заявил поэтому местным организаторам съезда, что не считаю для себя возможным выступить на съезде в качестве официального делегата, так как не получил из России формального мандата и отчета о состоянии нашего революционного движения, а сам я уже почти полтора года нахожусь заграницей и имею только общее представление о положении партии. После некоторых споров мы согласились на том, чтобы я участвовал на съезде в качестве «гостя» по приглашению . Но на самом конгрессе меня все таки заставили взять слово для доклада, который мне пришлось импровизировать, полуруссифицированным немецким языком.

Мой доклад очень не понравился народовольцам, несмотря на то, что по тону и по содержанию, он на некоторых делегатов, между прочим, насколько помню, и на Бернштейна, произвел впечатление чуть не апологии или полу-апологии «Народной Воли». Но об этом после.

В действительности «конгресс» оказался только конференцией, так как собралось очень мало делегатов  всего 19, включая и меня. Объясняется это, с одной стороны, тем, что рабочие организации были в то время повсюду поглощены своими неотложными местными делами, а с другой стороны тем, что конгресс был созван слишком поспешно, в такой момент, когда в Германии была в полном разгаре избирательная агитация, а во Франции внимание и усилия социалистических вождей концентрированы были на вопросе о реорганизации партии и о подготовлении ее национального конгресса. Учитывая это положение, вожди бельгийского, германского и французского рабочего движения (а вероятно, еще некоторых стран) предлагали созвать конгресс на конец октября или  еще позже, а между тем он был созван на 2 октября. Как и почему это случилось, я не знаю, помню только, что цюрихским организаторам досталось за это на конференции, особенно от французских делегатов (Б. Малон и Жоффрен) и бельгийского.