Среди чёрнопередельцев и народовольцев - 16

Когда я летом 79 г. был в Румынии, кроме Недежде, там, кажется, совсем не было социалистов какого бы то ни было направления. Первый румынский социалист, Зубко-Кодреану был румыном по национальности, но чистокровным россиянином по воспитанию.  Да и в Румынию-то он попал не добровольно, а как эмигрант, спасаясь от полицейских преследований в России. Он умер, насколько помню, от чахотки, и, по его предсмертному требованию, похороны его были гражданские. Это вызвало целый скандал, наделало шуму и, несомненно, послужило толчком к зарождению кое у кого в среде румынской интеллигентной молодежи интереса и, отчасти, сочувствия к социализму (в самом расплывчатом гуманитарном смысле)» но, по-видимому, в очень слабой мере и в очень ограниченном кругу. Теперь, когда я во второй раз приехал в Яссы, там уже было нечто вроде социалистической группы или, точнее, имелись уже молодые люди, считавшие себя социалистами, вдохновляемые Недежде и Судзиловским. Обоим им удалось как то издавать газету, причем Судзиловский, благодаря своим исключительным способностям к языкам, настолько овладел румынским языком, что не только сам писал свои статьи, но и исправлял стиль Недежде. Но, помнится, при мне же, эта газета закончила свое кратковременное существование.

Я рассчитывал оставаться в Яссах не больше двух месяцев; но, по совершенно случайным обстоятельствам, я задержался там значительно дольше. Главное из этих обстоятельств заключалось в том, что деньги, высланные мне из России в Женеву, по какой-то странной случайности отправлены были оттуда в Алжир или Египет и только после долгих странствований получены были в Яссах профессором Недежде в то время, когда я уже сидел там в тюрьме, о чем ниже.

Через некоторое время после моего прибытия в Яссы, я получил от редакции немецкого социалистического «Ежегодника», издававшегося в Цюрихе («Jahrbuch für Sozialpolitik- und Wissenschaft») предложение дать в этот сборник статью о русском революционном движении. В «Ежегоднике» участвовали видные представители социалистического движения разных стран, под фактической редакцией Бернштейна и Каутского. Я, разумеется, очень охотно принял предложение и написал статью, разросшуюся до трех печатных листов мелкого шрифта.

Кроме того, я послал в «Ежегодник» еще небольшую статью о румынском социалистическом движении, в которой подчеркивал, что, строго говоря, это движение едва ли заслуживает названия «социалистическое». Во всяком случае, настоящих, вполне убежденных социалистов, кроме Недежде, я среди румын не знаю  писал я (если не буквально, то почти так): как в других политически молодых и отсталых странах, в которых пробуждается сознательное стремление к прогрессу, в Румынии, идейные представители гуманитарных и демократических тенденций зачисляют себя и зачисляются другими в лагерь социалистов.

Когда мои румынские знакомые прочитали мою статью, они были очень недовольны мною, даже негодовали. Удивляюсь теперь только тому, что никому из них в голову не пришло сказать мне. «А не лучше ль, на себя, кума оборотиться?»  И мне самому трудно теперь представить себе, как это я не подумал, что мне, русскому социалисту, представителю революционного движения страны, также предостаточно отсталой, не к лицу смотреть так сверху вниз на социалистов румынских,  хотя бы большей частью только мнимых. Смягчающим для меня обстоятельством является, однако, то, что в России под флагом социализма совершалось подлинно революционное движение, носители которого не останавливались ни перед какими жертвами, а в Румынии даже самая что ни на есть элита «движения» вела мирную, архиобывательскую жизнь. Но все же, после Кодреану, Недежде и его ученики и приверженцы были первыми пионерами социалистической мысли в Румынии. Непосредственным  же  идейным  основателем рабочего и  социал-демократического  движения в Румынии явился опять-таки русский социалист, Кац, эмигрировавший туда в 75 г. и приобретший впоследствии под именем Герея Доброджану положение самого серьезного и авторитетного литературного критика Румынии. Ему выпала на долю миссия основателя социал-демократической партии в Румынии  правда, наряду с Недежде, которого он, кажется, и обратил из анархиста в социал-демократа. Выдающаяся литературная деятельность доставила ему такое общественное положение, что, несмотря на его еврейское происхождение и социалистическое направление, парламент должен был дать ему право гражданства. Года два тому назад он умер после тяжелой операции, и румынская социалистическая партия потеряла в нем самого крупного своего теоретического и литературного вождя.