Раскол общества "Земля и Воля" - 6

Но в течение 78 и 79 гг. террор все более и более поглощал силы и средства партии  в ущерб пропаганде и агитации в народе, а дезорганизаторская группа приобрела в партии фактически преобладающее значение. Чисто эмпирическим путем террористы пришли к решению вместо того, чтобы тратить революционные силы на подготовку «удара снизу», направить их на подготовку террористическими средствами революции «сверху», то есть произвести политический переворот «сверху», путем «удара в центре», не дожидаясь народного восстания. Террористическая борьба оказалась, таким образом, несовместимой с основным тактическим лозунгом бакунистов, т. е. и землевольцев: «Освобождение народа должно быть делом самого народа» .

В императорской России лозунг этот имел специальный исторический смысл. Он указывал наиболее надежный путь к радикальной победе демократии над старым режимом, потому что только революция «снизу», революция народная могла бы радикально покончить и с политическим бесправием народных масс и с экономическим и социальным порабощением их дворянством. Революция, подготовленная хотя бы и революционным авангардом демократической интеллигенции, без активного участия в ней крестьянства, не заключала бы в себе надежных гарантий для такой полной одновременной ликвидации и политического и социального режима царско-дворянской России. Но сами противники террора и политической борьбы не понимали объективного, реального смысла своей позиции в борьбе с новым революционным течением. Они отстаивали старую народническую программу действия не под радикально-демократическим, а под социалистическим углом зрения. Это было результатом теоретического недоразумения. Но все равно: раз оппозиция субъективно, в своем представлении,  отстаивала  интересы социалистической революции, она тем менее могла согласиться на отодвигание работы по подготовке народного восстания на задний план, а тем паче на совершенный отказ от нее  ради подготовления революции «сверху».

Мои соображения относительно, так сказать, гармонического сочетания террористической борьбы с пропагандистской, агитационной и организационной деятельностью в народе оказывались, таким образом, утопическими, основанными на недостаточном знакомстве с объективными и психологическими результатами террористического движения. Довольно скоро после свидания с Желябовым я, однако, настолько ориентировался в разногласиях между расколовшимися частями народнической партии, что мог без колебаний решить для себя вопрос, к какой из них присоединиться. Но об этом ниже.