В Бендерах я узнал, что врач, который должен был встретить меня в Рени, по какой-то странной случайности разминулся со мной, и что теперь он вновь ждет меня на той же станции. Снова поехал я в Рени, и опять неудача.
Остановился в корчме и жду, стараясь не попадаться на глаза полиции. Врача все нет как нет. Так прошло несколько дней. Вдруг встречаю я на улице одного своего старого знакомого, могилевского еврея-учителя. Он был, вероятно, подрядчиком на войне и теперь возвращался из Румынии. Первые его слова ко мне были:
Послушайте, тут на станции ищут кого-то. Уж не вас ли?
Положение мое становилось все хуже и хуже. Я решил идти напролом, живо представляя себе, что подвергаю себя большому риску.
Когда стемнело, я прямо пошел на вокзал, чтобы разыскать во что бы то ни стало служившего там фельдшера, с которым я не помню уж как по рекомендации врача, познакомился, и который должен был меня легально переправить в Галац. Первым попался мне на дороге учитель-могилевец. Увидя меня, он перепугался, побледнел. Я сказал ему, кого ищу, и просил его помочь мне в поисках. Отчасти из-за расположения ко мне, а отчасти из страха, чтобы не попасть в «историю», учитель принялся за поиски с таким рвением, что очень быстро все уладилось.
Фельдшер свел меня о каким-то машинистом, тоже революционно-настроенным, который водил с русской стороны на румынскую поезда с балластом, кажется, для какой-то постройки, где-то около Галаца. Он условился со мной, чтоб на следующее утро, чуть свет, я ждал его у полотна железной дороги, в пустынном месте, довольно далеко от станции. В назначенный час показался на пути поезд. Приближаясь ко мне, он замедлил ход, с паровоза высунулся мой машинист, и через минуту я был уже подле него в кочегарне.
Не показывайтесь наружу, предупредил меня машинист, когда мы стали приближаться к по-граничному посту.
Поезд, будто случайно, прибавил хода и с молниеносной быстротой промчался мимо таможенных. Машинист, высунувшись с паровоза, кричал им:
Не хотите ли подняться в вагоны? Но, само собой разумеется, никто приглашению его не последовал.
И вот мы на румынской территории! За несколько верст от Галаца поезд остановился. Я сошел с паровоза и пешком добрался до города. А машинист мой я не помню, к сожалению, его имени впоследствии еще раз оказал мне большую услугу: он доставил мне в Одессу из Румынии транспорт нелегальной литературы.
Свободное копирование
