Кампания 1807 года - 36

 В это время великий визирь Мустафа-Чемба переправился через Дунай и разбил лагерь у Калараша. Это была превосходная позиция, откуда можно было проникнуть внутрь Валахии и отрезать нас от Бухарестского отряда.

 Михельсон, несмотря на содействие Геламино, очень опасался такого оборота дела и поэтому он, 10 августа, взял с собою 3 полка и много артиллерии и отправился в Валахию. Наши силы были и так уже значительно уменьшены болезнями, и мы остались теперь перед Измаилом крайне немногочисленными. Если бы мир не был заключен, Пегливан ни за что бы не оставил нас в покое. Михельсон послал в Яссы предупредить Мейндорфа о своем отъезде, приказав ему возвратиться и принять снова командование войсками, находящимися перед Измаилом. До его приезда, я, как старейший, должен был принять это командование, но Михельсон, имевший секретное предписание от государя не поручать мне больше одной бригады (я ничего не подозревал об этом приказании, да оно и никому не было известно), был в очень затруднительном положении и, наконец, решил разделить временное командование войсками между мной и князем Гика. Гика получил правый фланг, т. е. его отряд и войска Воинова, а я -- левый, т. е. отряд мой и Засса. Так как я не знал причины этого странного положения дела, оно мне и показалось именно таким, каким оно и было, т. е. очень смешным. У меня с Михельсоном, перед его отъездом, произошла сцена, которую я конечно бы избежал, если бы я только знал, что он не мог поступить иначе, и что я его видел тогда в последний раз ((1827). Я узнал об этом приказании государя только через 4 года после этого, когда я уже командовал армией. Я нашел его в секретных бумагах, которые я должен был пересмотреть. Я был очень удивлен, что государь меня снова берет в свою армию к не хотел поручить мне командование, на которое я имел право по своему чину. Если бы Михельсон не сохранил бы это в таком секрете и сообщил бы мне это приказание, я бы наверное тотчас же покинул Россию и моя судьба была бы иная. Тем не менее, все-таки важно заметить, что повелитель поручает в 1811 году командование армией в 100.000 человек такому генералу, которому, в 1807 г., он не хотел дать бригады). К счастию, чтобы прекратить это разделение командования, Мейндорф прибыл через три дня. Он встретился по дороге с Михельсоном и между ними произошла ужасная сцена, во время которой Мейндорф вызвал Михельсона на дуэль, она была бы довольно смешна между двумя генералами 72 и 60 лет. Михельсон, чтобы покончить [100]с этим инцидентом, вскочил в свою коляску и уехал, хотя лошади еще не были вполне запряжены.

 Михельсон поехал сначала в Бузео, но затем, видя, что со стороны турок нам решительно нечего опасаться и что великий визирь соглашается снова перейти Дунай и возвратиться в Силистрию, направился прямо в Бухареста.

Е. Каменский.

(Продолжение следует).

 Текст воспроизведен по изданию: Записки графа Ланжерона. Война с Турцией 1806-1812 гг. // Русская старина, No 7. 1907.