Кампания 1807 года - 34

 Под начальством Михельсона осада, или вернее сказать, наше положение перед Измаилом, оставалось все по-прежнему. Сражались каждый день без всякого смысла и цели. Старый маршал князь Прозоровский, прибывший на юг России для инспектирования формировавшейся тогда милиции, находившейся под его начальством, приехал также и к нам в начале июня, посмотреть на эту знаменитую осаду. Его приезд не понравился Михельсону. Злобный старикашка сильно прохаживался и острил на счет расходов, произведенных Мейндорфом и Михельсоном. Михельсон рассердился, и между ними произошла довольно крупная сцена. Прозоровский хотел посетить все наши отряды и остаться 3 -- 4 дня в нашем лагере, но турки, видевшие как подъехал его огромный экипаж, выставили все свои пушки, крупного калибра, против главной квартиры и начали адскую канонаду. Часовой, стоявший у палатки Михельсона, был убит. Бомбы со всех сторон падали в лагерь, и Прозоровский быстро собрался и на другой же [97] день уехал, говоря, что он не для того приехал сюда, чтобы быть так глупо убитым; и он был прав.

 16 июня Михельсон выстроил два редута вправо от своего лагеря, против реки Рапиды. Это доказывало, что он ожидает сражения и оно действительно произошло. Турки толпами вышли из своего лагеря и сражались с нашими в продолжение 6 часов на равнине. Огонь из полевых пушек и из редутов был так силен, что казался одной огневой линией. К вечеру все разошлись к себе, и это совершенно бесполезное сражение кончилось только тем, что с обеих сторон убили около 400 человек. Подполковник Белорусского гусарского полка Ставрович был ранен двумя снарядами, из которых один 18 фунт., вырвал ему кусок бедра, а другой попал ему в правую руку и раздробил его саблю, которую он держал в это время в руке. Через три месяца я видел этого офицера совершенно поправившимся и танцующим на балу в Одессе.