Измаил - 4

 В 1946 году винный трест реорганизовали, и винный комбинат упразднили. Я устроился на предприятии под названием Особторг, который занимался сбытом особенно дорогих, качественных товаров. Я стал работать там как юрисконсульт. Впервые за 24 года проведенных в Советском Союзе я работал как юрист. Начальником планового отдела был бородатый пожилой человек, который во время войны служил в армии как старший лейтенант. В 1945 году он стал главным священником епископальной церкви в Измаиле, потому что до революции (1917 г.) он был священником. Но в 1946 году главным священником церкви назначили епископа, тогда он ушел из церкви и устроился в плановом отделе.

 В последние годы войны советское правительство дало большие послабления церкви. Правда, что православные священники в церквах молились Богу, чтобы он дал победу Красной Армии. Церкви опять наполнились верующими, и я сам видел, как родители вели в церковь крестить своих 8-10-летних детей.

 После закрытия винного комбината я переехал со своей квартиры, потому что хозяин квартиры, главный бухгалтер, так бессовестно воровал мое вино, что другого выхода у меня не было. Я снял маленькую комнату у одной старой супружеской пары. Когда-то у них была небольшая бакалейная лавочка, а теперь старуха не работала, а муж продавал на рынке всякое старье, частично собственное, а частично по поручению других людей. Старик возвращался домой, когда я уже был дома, и тогда обедал. Я всегда слышал, как он зовет жену тоже обедать, но старуха постоянно жаловалась, что больна и не может даже есть. Однажды я пришел домой раньше обычного, и когда открыл дверь, увидел, что моя старушка сидит за столом с другой женщиной, перед ними на столе громадная бутыль вина, селедки и другая снедь. Теперь я понял, почему она всегда была больна, когда муж предлагал ей есть. Позже она зашла ко мне и просила не говорить мужу, что они так ели и пили.

 Приведу один случай, чтобы показать, как изменилась ценность вещей и денег. Когда я жил в Петрозаводске, я в 1930 году был в командировке в Москве и купил пару очень хороших коричневых ботинок за 29 рублей. Эти ботинки я очень редко носил и они были почти как новые. Через 15 лет, в 1945 году, мой хозяин продал их на рынке за 1000 рублей.