Одна жизнь - 378

 001_A_006_Deda Vova_2009_07_20 (5-12)

 Вот вспомнил и хочу добавить: у нас в школе в параллельном классе училась Лида Ключерёва, такая красивая девочка, полная... мы её звали Микушка. Отличница, активистка - и прочее, и прочее. Юрка в неё влюбился без памяти. Мы все знали, как он страдает, переживает, но объясниться с ней он не смел. А их дома стояли спинами друг к другу, и между домами, двухэтажными домами, были сараи. Лида жила на втором этаже, Юрка - тоже на втором этаже. И вот Юрка звал меня, мы с ним залезали на крышу сарая, и с этого места через окно была видна Лидина комната. И он мог часами смотреть... Ну, вот... Лида так и не узнала тогда, что Юрка в неё влюблён и хотел с ней дружить, как тогда это называлось. Я встретился с Лидой спустя много лет, где-то в середине шестидесятых годов в Москве, она жила в Москве, она окончила медицинский институт в Москве, работала заведующей одной из санэпидстанций. Не знаю, она жила, по-моему, в Измайловском где-то там... Жила она в Измайлово. И мы встретились с Лидой, я был у неё дома, у неё была дочь Наташа с мужем, она развелась, и мать... они жили втроём. Значит, она, дочка Наташа и мама. Мама вскоре умерла, они остались вдвоём, и я Лиде рассказал: "Ты знаешь, что Юрка-то был в тебя влюблён по уши, ночи не спал?" Она говорит: "Нет, не знаю!" - "Ну вот, знай: он тебя любил по-настоящему. Это была, конечно, юношеская влюблённость, но он тебя любил по-настоящему. И если бы он остался жив, он бы пришёл к тебе". Но - увы...

 Вот Лида узнала про Юрку такую вещь, вот спустя много лет. Вот, сама Лида... Мы, когда переехали в Москву, она способствовала этому - ну, там через свои каналы узнавала там о какой-то квартире, не пойдёт ли под снос или под отселение этот дом, она через свою санэпидстанцию могла это узнать - она нас информировала, помогала нам в этом смысле. Она была у нас здесь, на моём, по-моему, шестидесятилетии... А до того, как мы переехали в Москву, я, когда бывал в Москве, в командировке, всегда ей звонил, мы у неё встречались - я к ней приходил, мы разговаривали, вспоминали Тобольск...

 А несколько лет тому назад мне позвонила её дочка Наташа и сказала, что мама умерла. А я знал, что она тяжело больна, она звонила мне, Лида, у неё был рак крови. Я не знаю, знала ли она, что она безнадёжна, потому что она... У неё плохо было со зрением, она просила меня, спрашивала совета - я уже тогда прошёл несколько операций на глазах... И вот, позвонила Наташа и сказала, что мама умерла, и что пригласила меня на поминки... Я был на поминках... ну, упрекнул, конечно, Наташу - это зимой было - почему она мне не позвонила, когда хоронили - я бы на похороны пришёл. А она говорит: "Да ну, Владимир Давыдович, Вам бы тяжело это было, поэтому я сознательно Вас не пригласила".

 Вот, я был на поминках Лидочки... Вот так она ушла из жизни - тоже одинокая, в общем-то... Вот такая вот история... Ну, ладно, хватит на сегодня...