Одна жизнь - 327

 001_A_001_Deda Vova (58:12)

 Недавно слышал по радио: поднимают вопрос о квотах женщинам в выборные должности, в Думах и прочих местах - что не пора ли установить квоты, а то мало женщин там? И я вспомнил, как это делалось при советской власти: там всё планировалось, абсолютно! В тридцатые годы - до смерти Сталина - и в сороковые, соответственно, планировалось каждой области и каждому району - сверху из ЦК, из Москвы планировалось. Сколько нужно расстрелять - это называлось "по первой категории" - сколько надо посадить, тогда максимально это было еще десять лет - "по второй категории", и так далее, и так далее. И, конечно, обязательно были встречные планы. Встречный план - это когда тот, кому спущен план, неважно какой, вот то, что я сказал - по репрессиям, по выполнению там количества тракторов и всего там чего угодно, встречный план - это когда коллективы брали встречный план больше: вот, например, запланировано расстрелять тысячу человек, а они пишут товарищу Сталину с просьбой увеличить квоту до 1500, например. Ну, естественно, удовлетворяется такая просьба - и потом этот план выполняется. Так было во всём. Когда выбирали Верховный Совет, там не только квотировали женщин и мужчин, там квотировали всё: сколько должно быть мужчин, сколько - женщин, сколько - комсомольцев, сколько - беспартийных, сколько - коммунистов в том числе... Ну, мужчин и женщин - это само собой... Сколько - инженерно-технических работников, сколько - людей искусства: там писателей, художников, и так далее, сколько колхозников, из них - мужчин и женщин, сколько рабочих - и то же самое... Всё это планировалось и неуклонно выполнялось. Мы, избиратели, к этому не имели никакого отношения, абсолютно. Начиналась так называемая выборная компания - ну, предположим в Верховный Совет - и нам сообщали, что от нас выбирается в Верховный Совет вот товарищ Иванов такой-то-такой-то в Совет Союза, товарищ Петров такой-то-такой-то - в Совет национальностей. Мы и в глаза не видели ни Иванова, ни Петрова, а были так называемые доверенные лица, их назначали с предприятия. Вот я даже удостоился, когда работал в Черкеске главным инженером, быть доверенным лицом в Верховный Совет СССР Романова такого, это был заведующий отделом печати ЦК КПСС. Он приезжал к нам на завод - я вам, по-моему, уже об этом рассказывал. Вот эти доверенные лица... ну мне повезло - он приезжал к нам на завод, потому что нам доверили выдвинуть в Верховный Совет вот этого человека. И, значит, он... Ну, как с доверенным лицом, нас познакомили - правда это потом помогло, он заводу потом помощь оказал, потому что, когда он уезжал, сказал: "Будете в Москве - звоните, если какая помощь нужна". И действительно, он нам помог - это факт. Я, по-моему, об этом рассказывал уже... Дальше, например, в местные советы: вот был местный совет - в Оренбурге выбирали в районный совет. Наш завод был удостоен чести выдвинуть кандидата в депутаты местного совета районного, оговорено было: женщина, член партии, рабочая. Вот стали искать женщину, члена партии, рабочую. На заводе хотели выбрать другую женщину, но увы - она не подходила вот под эти определения, там ещё какие-то установки были. Ну, значит, выбрали Женю Алёхину - это была токарь, член партии, женщина незамужняя, правда, с ребенком, но незамужняя - это тоже оговаривалось. И, так сказать, вот от нашего коллектива была выдвинута Женя Алёхина и, естественно, единогласно выбрана. Ну, то что в бюллетене был на одно место один человек - это были не выборы, а просто голосование. Так что квотировалось абсолютно всё, и удивляться, что сегодня вдруг предлагают квоты на что-то подобное - я, например, не удивился. Наверное, для современных молодых людей это дикость, но тем не менее это так. Вот... Когда например, были выборы ну совсем уж низкие, скажем в заводской комитет профсоюзов, вот на нашем заводе - в заводской комитет профсоюзо, то как проходили эти выборы: собиралось... Значит, председателем рекомендовал райком партии, членов завкома рекомендовало заводское партийное бюро. Там заранее составляли список, кого, значит, выбрать в комитет профсоюзный... Ну, так же было и в комсомоле и так же было и в партийное бюро - везде всё одинаково. И потом дальше делалось всё очень просто: собиралось собрание, на собрании всё это очень было демократично на взгляд посторонний: кто-то председательствующий... Ну, выбирали президиум... Как выбирали президиум? Выходил существующий на сегодня председатель профсоюза, тот, которого выбрали там год назад, он открывал собрание, и говорил: "Надо выбрать президиум, какие будут предложения?" Тут же поднималась рука, этому человеку предоставляли слово, он выходил на трибуну, вынимал из кармана бумажку и зачитывал, кого он предлагает. Ну, иногда были споры, кто-то там выступал против, кто-то там... было такое, на этом уровне бывало. Но тем не менее, как правило, вот эти все и проходили. Причем вот если выбирали партийное бюро, то там вообще инструкция ЦК КПСС была такая: в список включать то количество кандидатов в Политбюро... не больше того количества, которое принято - ну, предположим, семь человек. Партийное бюро, значит, сперва: сколько человек? Опять же поднималась какая-то рука: "Есть предложение - семь человек". Ставили на голосование, но, как правило, никто ничего не предлагал, семь и оставалось. Дальше другой поднимал руку и перечислял фамилии. Вот такое было голосование, потом оно было тайным. Раздавали списки... Нужно было семь - значит, в списке должно было быть семь - а что если там восемь? Ну, бывали случаи когда люди бунтовали и говорили: "Нет, давайте восемь - кто-то не пройдёт" - "Вот и посмотрим, кто не пройдёт..." - "Нет, не так, нельзя так, вот в партийный орган такой заводской нельзя так, инструкция не позволяет. Если вы хотите, чтобы было восемь - тогда извольте вернуться к первому вопросу, переголосовать количество, что не семь, а восемь - и пожалуйста". Ну, иногда это делалось так...

 Итак, приняли, скажем, семь человек - а дальше уже люди, которым было это поручено, поднимали руки и говорили: "Я предлагаю Шварца Владимира Давыдовича" - записывали в список. Кто то поднимал руку: "Я предлагаю такого-то" - записали. Наконец, седьмой человек - записали и тут же вносится предложение: "Есть предложение закрыть список". Кто "за", кто "против", кто воздержался - единогласно. Закрыли список. Всё, семь человек. А дальше при голосовании уже неважно, сколько голосов любой человек получит, пусть ни одного - всё равно проходит, потому что соревновательности, чтобы набрать большее количество голосов, не было. Вот так это было везде, уже это все знали, всем было на это наплевать - но иногда бунтовали...