Одна жизнь - 261

 Прошло какое-то время; пока цех суточные планы выполнял, вот рассчитанные нами выполнял. И вот идёт, значит... проводится совещание у директора всего химкомбината, у Сетанова. Туда пригласили всех директоров всех заводов - а к тому времени уже работал завод синтетического каучука, шинный завод, асботехнических, ремонтномеханический, синтетического волокна, и наш завод РТИ - вот шесть я уже насчитал, ну, ещё какие-то подсобные были там - транспортный цех... Ну, это неважно, в общем, вот эти вот технологические, вот шесть заводов, крупнейших заводов. И, значит, там обсуждалось и как идёт выполнение в целом по комбинату... И вдруг этот Сетанов говорит: "А некоторые главные инженеры говорят, что государственный план можно не выполнять и предлагают, значит, меньше выполнять" - вот что-то вот в таком духе. Ну, я сразу понял, в чей огород этот камень. Когда кончилось это совещание, все разошлись, я остался... Он говорит: "Владимир Давыдович, а Вы чего?". А я говорю: "А у меня есть с Вами разговор" - "Что Вы хотите?". Я говорю: "А вы назначьте время. Вот вы бросили реплику такую - я понял, в чей это адрес. Это в мой адрес". Он говорит: "Да". Я говорю: "Так вот, я Вас прошу: назначьте мне время, я приду к Вам с расчётами и покажу, почему я настаивал на этом". Он говорит: "Хорошо". И буквально на другой день или через пару дней он звонит и говорит: "Вы можете прийти?" Я говорю: "Могу". "Приходите". Я пришёл, всё это ему показал, все эти расчёты, сказал, что делал это не один месяц с начальником цеха. "Мы с ней", - говорю, - "очень скрупулёзно прошли по этим переделам. Вот если мы это выполним, это будет большое достижение. Кроме того, что мы действительно что-то сделаем, главное - это будет морально - на весь цех, на весь коллектив - впервые цех и коллектив выполнят свои обязательства. Понимаете? Да, это меньше государственного плана, но это - первый шаг к тому, чтобы как можно скорее выскочить и на государственный план. Сегодня установленный государственный план нереальный. Можно брать на себя какие угодно обязательства, но реально он невыполним. И вот Вам расчёт, почему он невыполним - он завышен".

 И он со мной согласился. "А мне", - говорит, - "не так передали.." Я говорю: "Знаете, что...". По-моему, Виктор Степанович его знали, но не помню точно... "Пожалуйста, у меня к Вам просьба: если кто-то Вам что-то обо мне говорит - да вызовите меня, позвоните по телефону, вызовите желательно при этом человеке, который что-то Вам говорит, даже если это директор мой. И я Вам всегда дам объяснения. Если я окажусь неправ - ну, Вы значит, меня накажете, как посчитаете нужным. Но, пожалуйста, не делайте выводов, не выслушав меня" - "Я говорит, с Вами согласен" - "Хорошо".

 Мы, правда, ни разу больше на эту тему с ним не встречались, очевидно, он, когда к нему кто-то приходил, а приходили наверняка, он просто не воспринимал это. Ну, слушал - и никаких выводов не делал. Так что вот в этом смысле... и вот я заметил: после этого у него ко мне отношение стало более каким-то тёплым, что ли, вот раньше было сухое ко всем, он очень сухой человек был, поначалу был сухой: "здрасьте - здрасьте", "как у вас дела - вот так дела, вот так-то и так-то - хорошо, до свидания". А тут как-то вот и тон изменился, и он даже иногда спрашивал вопросы, не относящиеся к производству - про семью что-то... В общем, понимаете, вот изменился он... не знаю, как к другим, но вот ко мне изменилось отношение, оно стало какое-то благожелательное. Вот я почувствовал какую-то благожелательность.

 Вот... Так прошёл девяносто (шестьдесят - ММ) пятый год... К шестьдесят шестому году нужно было уже вводить мощности по рукавному производству и полностью подготовительный цех. То есть этот корпус номер один на этом вводил последнюю мощность, последнюю очередь. И дальше уже шло производство по всему циклу, по всем переделам - формовая, неформовая, грелки, шмелки, гребни, рукава, там ещё что-то - сейчас уже не помню - ещё что-то было, ещё что-то было, много чего было. Огромный цех, большой подготовительный цех, несколько тысяч рабочих, там около шести тысяч рабочих на тот момент уже было - ну, большой цех. Вот, это к тому времени уже ЦЗЛ была введена, отвоевали мы у шинников территорию, нашу территорию экспериментального цеха - это я расскажу отдельно. Вот...