Одна жизнь - 163

 Я зашёл к Москалёву в отдел кадров, заполнил там анкетку... Ну, всё, что нужно в таких случаях - посидел, заполнил. И он в окно увидал, что подъехал грузовик, грузовая машина. Легковых машин на заводе не было ни одной. Директора возили - а директор жил в городе - и главного инженера возили на грузовиках. Потом, спустя, наверное, год, два, наконец, директору выделили "Победу". Это было целое событие. И он стал его возить, директора, на "Победе".

 Ну, я, значит, вышел, Москалёв вышел со мной. Водителю, значит, сказал... Да, он мне сказал, вот водителя зовут так-то, фамилия - Паламарчук. Паламарчук. Ну, я вышел, поздоровался с водителем. Он говорит: "Ну, садитесь". Я сел, поехали на вокзал. Москалёв сказал ему: "Подвезёшь его к дому номер такой-то по Магнитогорской улице, и там поможешь ему разгрузиться, если надо, и всё такое".

 И, значит, поехали мы на вокзал, получил я свой чемодан в камере хранения. Там, где малой скоростью, то есть багажом, пришёл этот мешок с барахлом, тоже получили - вот и все вещи. А он у меня спрашивает: "А что, и всё?" Я говорю: "Всё" - "О, Господи! Я-то думал, у тебя...". Он мне сразу "ты" начал говорить, я ему тоже "ты" стал говорить. Он старше меня был, на войне он не был, но он меня спросил: "А что с ногой?" Я ему сказал, что ранение было в сорок третьем году. А это - пятидесятый год. А он: "А что, ты на войне был?" Я говорю: "Да" - "О-о", и сразу по-другому, вот сразу по-другому отношение. Как-то он так интересно сказал... "Так ты ещё и войну прошёл?". Я говорю: "Да, прошёл" - "А сколько же тебе лет?" Я говорю: "Двадцать пять, двадцать шесть будет в октябре" - "Да? Но ты выглядишь лет на двадцать-двадцать один". Я: "Вот, уже хорошо сохранился, да, после войны" - "А кем воевал-то?" Я говорю: "Да рядовым солдатом, наводчиком "сорокапятки". Знаете, что такое "сорокапятка"?" - "Нет". Ну, я ему объяснял, что такое "сорокапятка". Ну, в общем, пока мы ехали, вот такой разговор был. Он потом мне говорит: "Приходи к нам в гараж, ты хороший парень. Приходи в гараж, познакомлю тебя с нашей братвой, начальник у нас вот такой вот, Владимир Дмитриевич Красавцев, тоже прошёл войну". Потом мы с Красавцевым подружились...

 Ну и вот, привёз он меня в этот самый коттеджик. Там действительно две комнаты, кухонька. В одной комнате жили две... одна молодая совсем девчонка, другая - уже не молодая, по-моему, уже даже старше меня. Вот они приехали из Свердловска, из техникума резинового, был там резиновый техникум - вот они и приехали. Одна из них работала уже... они уже работали. Одна из них, вот пожилая, немолодая, Анна Филина её фамилия была. Филина. А вот молоденькая была Рыбакова. Так Филина работала уже в основном производстве, в регенератном, а у Рыбаковой уклон был механический, она работала в ремонтно-механическом цехе мастером. В ремотно-механическом - совсем девчушка ещё, ну сколько - ей семнадцать лет, наверное, было, техникум окончила. Вот... У неё в Свердловске, как она говорила, остался жених...

 Ну вот, поезд пришёл рано, у меня было время. Я ещё, когда был там, у Москалёва, у Литвина, спросил: "А есть ли у вас библиотека?" - "Да, есть, вот у нас там клуб", -показал. Рядом там здание клуба, при клубе магазин и два дома и третий дом строится двухэтажный, потом мы жили в одном из этих домов. И я, значит, вещи привёз, положил, там кровать стояла... Да, причём интересно: пока мы ездили за вещами, уже директор распорядился - уже там застелили кровать: одеяло, простыня, две простыни, подушка - всё это застелили, там тумбы... Там, значит, была кровать - ну, такая солдатская койка - тумбочка, какой-то стол, по-моему, и один или два стула - не помню. В общем, никто там не жил до меня, новый домик, только недавно построили. Вот, там девчонок этих поселили и в новую комнату - меня.

 Ну вот, я пошёл в этот самый клуб уже по проторенной дорожке, пошёл в библиотеку записаться первым делом. Зашёл в библиотеку, значит, записался... А там около библиотеки стоит какой-то мужчина, так он на меня смотрел, смотрел... Потом спрашивает у меня: "А Вы кто? Что-то я вас не видел на заводе". Я говорю: "Да я только приехал, вот, извините", - говорю, - "за выражение - молодой специалист". А он говорит: "А я - начальник электроцеха, давайте познакомимся: Виктор Колтунцев. Виктор Георгиевич Колтунцев". Я говорю: "Владимир Давыдович Шварц". И вот мы с ним познакомились... "А где вас поселили?" Я ему сказал. "О, так я рядом там! Мы с женой и с детьми живём там, в коттедже". Вот так мы познакомились. Первый, с кем я познакомился, не считая директора, главного инженера и кадровика, первый, с кем я познакомился из производства уже - вот Виктор Колтунцев.

 Я взял какие-то книжки, это уже было к концу рабочего дня. Даже нет, уже кончился рабочий день, и Виктор шёл домой - зашёл тоже в библиотеку за книжкой. И мы с ним вместе пошли по той же дороге. Пошли, дорогой разговаривали. Он говорит: "Вот, я - в том доме". Перешли на "ты". Он говорит: "Давай на "ты". Ну, выяснилось, что он - фронтовик, прошёл всю войну тоже. "Давай, заходи, я там с женой" - у него тоже... только у него трёхкомнатный коттеджик, в нём, тоже две квартиры. Ну, разошлись, и я пошёл, уже девчонки были дома, познакомился я с ними.

 Ну, значит, ну что делать? Делать-то нечего. Я, значит, книжки-то уже взял читать. Я даже не помню... туалет там был? Туалет на улице был - выгребная яма и будочка такая. Туалетов в доме не было, то есть - как в деревне. Ну, вот... Вдруг - стук в дверь. Я говорю: "Да, войдите". Я думал, что это кто-то из девчонок. Заходит какой-то парень такой чернявый: "Здравствуйте" - "Здравствуйте" - "А я", - говорит, - "Саша Антонов. Мне Виктор Георгиевич сказал, что приехал новый молодой специалист, а я работаю мастером в электроцехе, я - электрик. Зовут меня Саша Антонов, я пришёл познакомиться". Вот так мы познакомились с Сашкой Антоновым. Тоже подружились, отличный парень был. Умер, к сожалению - и Виктор умер, и Саша умер. Один я живу... Вот... Вот так у меня уже двое знакомых оказалось.