Одна жизнь - 164

 На другой день я вместе с девчонками - ну, кушать хочется, у меня же ничего нет - они мне говорят: "Мы можем в столовую пораньше зайти, там перекусить". А столовая - там вот, где клуб, там и столовая. Там и магазин, и столовая заводская. Ну, в общем, мы вместе с этими двумя женщинами, девочками, девушками пошли на завод. А эта вот Рыбакова, я забыл уже, как её зовут - она в РМЦ работала, и отдел главного механика был в РМЦ.

 А-а, я забыл сказать, да: директор вызвал, вот когда я был у директора одиннадцатого числа, он вызвал начальника регенератного корпуса Виктора Фёдоровича Евдокимова, и он нас познакомил и сказал, что "вот, Виктор Фёдорович, вот тебе механик, с понедельника выйдет на работу". Ну, мы с ним познакомились, я представился: "Владимир Давыдович". Вот, и я на другой день с ним пошёл на завод, и эта Рыбакова говорит: "Идёмте, я Вам покажу, где главный механик". Я пришёл к главному механику, Аркадий Павлович... фамилию забыл. Но он маленький, толстенький был. Тот Аркадий Павлович Литвинов, главный инженер, был высокий, здоровый, а этот - маленький и толстый. Поэтому их на заводе звали: вот главного механика - "Полдюйма", а главного инженера - "Дюйм". Так и звали. "Ты к кому?" - "К Дюйму", да. Значит, я зашёл к главному механику, мы с ним познакомились, он говорит: "Я уже знаю о Вас, меня уже Павел Дмитриевич вызывал, сказал. А чего вы пришли? Вам же сказали - с понедельника". Я говорю: "Ну, а чего я буду до понедельника там сидеть-то? Давайте буду знакомиться с работой и всё такое". Он позвонил по телефону, а телефон там был через коммутатор, на заводе был коммутатор. И, например, чтобы выйти в город, можно было только через коммутатор. Вот, жена Виктора работала телефонисткой на коммутаторе. Значит, снимал трубку - там отвечала телефонистка, и ей нужно было сказать: "Пожалуйста, меня соедините с Евдокимовым там или с директором", вот так... Потом там автоматическую станцию поставили, но когда я приехал, вот было так.

 Значит, он позвонил Евдокимову, там у него сидел. Значит, он сидел, там сидела Нина Ивановна Киль - начальник и единственный работник ППР, группы ППР, которая состояла из двух человек: вот Нина Ивановна эта, и у ней - забыл я, как его звали - такой парень со странностями... Был, значит, чертёжник Володя Анпилогов, танкист, прошедший войну, у него в горло было тяжёлое ранение, у него на голове не было куска кости, пульсировала кожа. Умер тоже уже... Да все уже умерли, Господи...

 Вот, он позвонил Евдакимову, познакомил меня со своими, кто в отделе... Да, и там сидела ещё жена Москалёва, вот этого начальника отдела кадров, Евгения Михайловна, по моему, или Николаевна, которая была начальником отдела оборудования, в её распоряжении был один человек - кладовщица, забыл её фамилию, а звали её Ираида Павловна. Толстая такая тётка. А её дочка работала токарем в РМЦ - Женя. Вот, и, значит, пришёл Виктор Фёдорович Евдокимов. Высокий, здоровенный, на полголовы выше меня. Познакомились мы с ним, я представился: "Владимир Давыдович". И он говорит: "Ну, пойдёмте, буду вас знакомить с цехом". Пошли мы в цех. А цех строится ещё, там идёт монтаж оборудования. "Ну, вот, знакомьтесь, входите во вкус, на будущий год будет много мощностей". Это подготовительное производство регенератного производства, там туда, значит, покрышка поступала, с улицы покрышка и начиналась её резание - обработка там, всякое дробление и так далее, и так далее, всё что положено - не буду останавливаться на технологии.

 Ну, пошёл я в этот цех, и началась вот моя такая заводская рабочая жизнь, с 12 августа 1950 года.