Обстоятельства сложились таким образом, что мне вскоре пришлось уехать из Москвы в Харьков, с целью исполнить ранее данное обещание прочесть в юридическом обществе при Харьковском университете доклад о том, что в то время было известно под именем "Булыгинской Думы". Дело шло о создании у нас совещательной представительной палаты, проект ее выработан был, по поручению Государя, бывшим гражданским губернатором СПБ — Булыгиным.
Мне было известно враждебное отношение широких общественных слоев к крайне несовершенному и по ограниченности своих функций, и по своему составу законосовещательному органу, призванному играть роль какого-то собрания мнимых экспертов при властном и сановном Государственном Совете. Но я никак не ожидал того, что в провинциальной среде отношение к Булыгинской конституции было бы столь отрицательно. Она все же была шагом вперед сравнительно с тем проектом собрания сведущих людей, которое задумано было гр[афом] Лорис-Меликовым и которому одна неожиданная кончина Императора Александра II помешала сделаться первой по времени русской бумажной конституцией.
В проекте Булыгина все же можно было прочесть обещание необходимых вольностей и публичных прав граждан с обычной оговоркой: "В пределах, которые будут указаны законом". Фактически она, разумеется, давала мало. Но в ней были зародыши дальнейшего развития.
Мне казалось, что уж этим одним Булыгинская Дума могла привлечь к себе некоторые симпатии. Ею разрывалась цепь, связующая нас с бюрократическим самовластием и "временными правилами", почти всецело заступившими место законов в царствование Александра III. Наступал конец произволу министров, тому, что во Франции конца XVIII века называлось despotisme ministériel {Министерский деспотизм (франц.).}, и Булыгинская Дума наносила ему некоторый удар. Да и сановники, заседавшие в Государственном Совете, должны были подозрительно относиться к новому органу, заставлявшему их считаться впредь со своей деятельностью, если не с голосом "всей земли", то с некоторыми определенными и влиятельными общественными кругами.
Все это я хотел передать моей аудитории.
Свободное копирование
