Моя поездка в Америку доставила мне материал для ряда статей, появившихся в русских журналах под такими названиями, как "Национальный вопрос в Старом и Новом Свете" {Вестник Европы. 1885. No 6.}, "Местное самоуправление в Америке в его историческом развитии" {Там же. No 2.}, "Земельный вопрос в Соединенных Штатах".
И в Москве, и в Париже, и в Петербурге мне пришлось посвятить целый курс изучению того, что я обозначал термином "генезис американской гражданственности". Только часть этих лекций в более или менее обработанном виде была отпечатана мною в сборнике, изданном кн. Долгоруким и Петрункевичем, и заключающая в себе обзор важнейших конституций в их историческом развитии.
Если мне суждено будет довести до конца новое издание моего "Происхождения современной демократии", то один из ближайших томов этого сочинения посвящен будет генезису американской демократии. В нем я постараюсь фактически обосновать тот взгляд, который уже высказан был в настоящей главе, а именно, что эта демократия имеет свои отдаленнейшие корни в Англии XVIII в., что передовые и беспокойные элементы, вызвавшие то религиозно-политическое брожение, которое закончилось временным торжеством республики, под влиянием наступившей реакции должно было искать приюта в Новом Свете, и что созданная ими культура пустила в нем настолько глубокие корни, что несмотря на наплыв выходцев из разных стран, принадлежащих к разным народностям, несмотря также на то, что монархическая и аристократическая Англия также послала в Америку своих представителей, образовавших в ней высший слой населения южных штатов — Виргинии и Каролины, — а также одного из средних — Мэриленда, — тип, по которому сложилось американское общество, был типом пуританской демократии, довольно близкой к осуществлению идеалов политических уравнителей или левеллеров.
В эпоху обращения колоний в самостоятельные штаты и самих штатов в федерацию аристократические и монархические элементы, представленные так называемыми лойялистами, по некоторым новейшим оценкам, представляли собою хотя и меньшинство, но меньшинство значительное. Боссет оценивает его приблизительно в 1/3.
Они долгое время время являлись препятствием к устройству американской гражданственности, столько же на началах народоправства, сколько и федерации. В последствии они образовали из себя ядро той плантаторской Америки, которая в такой же мере сжилась с рабством негров, как помещичья Россия с крепостным правом.
Свободное копирование
