По Америке - 23

При перечне этнографических элементов, вошедших в образование американской нации, трудно говорить о неграх и индейцах. Браки их с белыми составляют редкость. Несмотря на провозглашение в конституции равенства всех граждан без различия цвета кожи, антагонизм на юге и обособленность на севере характеризуют собою отношение обеих рас. Масса черного населения скопилась на берегу Мексиканского залива. Негры лучше, чем белые, переносят его влажный теплый климат. Они менее подвержены тем истощающим лихорадкам, от которых погибло столько неакклиматизированных пришельцев с Севера. Это скопление негров одно время подало мысль создать в Америке нечто подобное черте оседлости. Но эта мысль, к счастью для страны, была оставлена. Немало также негров в штатах, расположенных на Тихом океане, более в Орегоне, чем в Калифорнии. На всем протяжении страны мы находим их в роли служителей в гостиницах и ресторанах. Особенно в первую мою поездку в Америку держалось еще различие между отелями 1-го и 2-го класса на том единственном основании, исполняют ли служебные обязанности белые или черные. Мне пришлось пролежать несколько недель в Портланде, главном городе Орегона, в одном из лучших отелей, какие имеются на американском Западе. И в нем не было других служителей, кроме негров. Наоборот, в штате Юта, — в городе Соленого озера, — в стране мормонов[1] я почти не встретил негров. Многоженство мормонов, сравнительно недавно отмененное, в значительной степени было вызвано желанием удержать в стране возможно большое количество белых женщин. По той же причине многоженство более исчезло в законодательстве, чем в нравах, Вместо того, чтобы держать всех своих жен при себе, мормон разместил их по разным квартирам и посещает их в разные дни недели.

Еще менее черных слились с белыми индейцы. Мне пришлось встречать метисов из Южной Америки одинаково в Соединенных Штатах и в Испании. Но метисов американцев я не знаю. Во многих частях страны сделана была попытка перевести индейцев из охотничьего и бродячего быта к оседлому — земледельческому. На расстоянии нескольких миль от Ниагарского водопада лежат такие поселения. Я посетил их из желания увидеть, в какой мере удается американцам такая искусственная трансформация дикарей в цивилизованных. Я принят был в некоторых индейских семьях и заглянул в школу индейских мальчиков и девочек. Учительница сообщила мне, что ее дело идет довольно плохо и, главным образом, потому, что семьи индейцев, действительно, редко когда живут в своих усадьбах. Всего чаще они уходят в леса, запуская свое хозяйство. В Дакоте я видел еще не разорвавших со своим прошлым выходцев из индейской территории, столь сократившейся в своем районе, благодаря переходу к железнодорожным компаниям значительных участков земли, отведенных не столько для постоянных поселений краснокожих, сколько для их кочевок, охотничьих уловов и выпасов для скота. Где я увидел индейцев в наибольшем числе, — это было на Панамериканской выставке в Буфало. Гвоздем ее, как сказали бы французы, был лагерь индейцев. Ежедневно давались в нем представления, состоявшие из конских ристалищ. Племенные старейшины выезжали на конях во всем своем украшении, т.е. с головными нарядами из перьев, между прочим, из райских птичек. Эти перья переселились теперь на головные уборы европейских модниц. Я имею основание полагать, что выставка в Буфало немало содействовала распространению этого вкуса.