Однажды, обедая у профессора Мак-Ляфлина, чикагского экономиста, я сказал ему, что имя его известно мне, как автора одного из четырех этюдов по англо-саксонскому праву. "Это кто-нибудь из Ваших однофамильцев?", — спросил я. — "Никто другой, как я сам", — ответил он. "Но какими же судьбами от изучения юридических древностей перешли Вы к политической экономии?". — "Очень просто, — звучал ответ, — хотели занять кафедру баптистом, я принадлежу к этой секте. Ничто не мешало на пути к переходу от свода английских хартий к трактату Милля о политической экономии. Я с тех пор даже напечатал сокращенное изложение этого трактата.
Нашелся даже русский, если не ошибаюсь, из Киева, который предложил мне сделать перевод на ваш язык. Но его условия были для меня невыгодны и я отказался". Тогда как Мак-Ляфлин читает сокращенно Милля в Чикаго, уделяя на это 2—3 часа в неделю, два других экономиста уделяют изложению более специальных предметов по 6 и более часов в неделю, получая значительно меньшее вознаграждение. Правда, они не баптисты, правда также, что на них не падает обязанность принимать у себя иностранных ученых и угощать их сытными обедами.
Мой любезный хозяин сам объяснил мне, что эти приемы входят в круг его неофициальных обязанностей. И ректор университета, покойный Горпер, также баптист, не преследовал с самого начала своей жизни педагогической карьеры. Одно время он готовился дирижировать оркестром. За ним и брат его сделался преподавателем и ученым. Он специализировался по ассириологии, что дало ему возможность уехать в ученую миссию на восток с хорошей оплатой из средств, отпущенных тем же Рокфеллером.
Мне пришлось прочесть в местных газетах об акте Чикагского университета. То, что происходило на нем, может дополнить картину университетской жизни в одном из главных центров американской культуры. Чикаго насчитывает миллионы жителей, лежит в центре американских дорог, идущих от океана к океану, примыкает к озеру Мичиган, а следовательно, и ко всей системе озер и каналов, которые, благодаря реке св[ятого] Лаврентия, имеет прямое сообщение с Атлантикой. Этот богатый город имеет не один университет.
Но ни один не располагает такими средствами, как созданный Рокфеллером. Не в пример другим, он открыт круглый год. От слушателей требуется, чтобы они приступали к экзамену, предварительно пробыв в числе студентов 12 трехмесячных семестров. Затратят ли они на это 4 года подряд, или большее число лет, это вполне зависит от их выбора.
Многие находят занятие и заработок зимою, проводят в Чикаго только летние месяцы, растягивая, таким образом время ученичества на долгие годы. Летом им приходится немало слышать и иностранных профессоров, которым легче сделать переезд при хорошей погоде. В начале лета устраивается и университетский акт.
Свободное копирование
