Московский университет в конце 70-х годов - 33

Я сказал уже, что отношения мои со студентами всегда были отличными. Они охотно посещали мои лекции, писали работы, принимали участие в их обсуждении на семинарах и очень охотно оставались при моей кафедре для приготовления к профессорскому званию. Но смерть безжалостно косила многих из оставленных мною. Не стало Калачова, брата теперешнего члена Государственного Совета; не стало Харузина, кандидатская диссертация которого об обычном праве донских казаков была напечатана толстым томом и служит теперь настольной книгой для всякого, кто желает познакомиться с особенностями быта этой обширной области нашего отечества. После моей отставки изменены были требования, предъявленные ранее к лицам, желавшим подвергнуться магистерскому экзамену. Это заставило других из них посвятить себя иной карьере: один ныне заседает в Государственной Думе, другой служит судьею в Москве. Не все из оставленных мною по кафедре не довели до конца своих намерений. Они посвятили себя только другим родственным специальностям. Профессор Дерюжинский[1] на кафедре административного права в Петербургском университете заявляет о своем прежнем занятии правом государственным работами {Так в публикации.}, затрагивающими основные вопросы конституционной жизни Англии. Нечаев[2] занимая пост юрисконсульта при министерстве юстиции, читает в то же время лекции по сравнительной истории права. Егиазаров[3] преподает государственное право в Киеве.

При всем внимании, какое студенты Московского университета оказывали моим лекциям, я не всегда выносил с экзамена убеждение, что труд, мною затрачиваемый, не пропадает даром, по крайней мере для большинства. История политических учреждений, которая все чаще и чаще служила предметом моих чтений, не может быть хорошо усваиваема людьми, не имеющими достаточной исторической подготовки, а эта подготовка с каждым годом становилась все более и более скудною. Мы повели однажды открыто речь об этом в совете. Одни жаловались на то, что студентам сызнова приходится читать все естественные науки, другие — что подготовка их по физике и химии совершенно недостаточна. К нашим сетованиям присоединился и Герье; он заявил, что поступающим в университеты не хватает знакомства с латынью. Что же, спрашивается, дает средняя школа? Я не могу сказать, чтобы на этот вопрос мне легко было дать определенный ответ и теперь, когда на расстоянии восемнадцати лет я снова возобновил свою преподавательскую деятельность.