Годы заграничного ученичества и странствий - 62

Круг моих знакомых в Англии с каждым месяцем расширялся. Гарриссон, к которому я имел письмо от Вырубова, ввел меня в кружок английских позитивистов или, точнее, контистов, в котором сам он играл далеко не последнюю роль. Они собирались по воскресеньям на Chapel Street, пока в их среде не произошел раскол и большинство не выбрало своим руководителем Гарриссона, который снял для воскресных встреч по утрам Ньютон Голль (зал Ньютона). Эти воскресные беседы были посвящены поминкам по выдающимся людям, так или иначе послужившим благу человечества и его росту. Англичане так свыклись с мыслью о праздновании воскресного дня, что не одни только служители религии человечества, но и атеисты считают нужным именно в этот день сходиться, хотя бы в Гайд Парке, чтобы обменяться речами о небытии Божием. Контисты в выборе своих столпов и вожаков человечества придерживаются Контовского календаря. У них поэтому имеются определенные дни для чествования таких "великих типов", как Шекспир, Ньютон, Тюрго[1], Кондорсе[2] и т.д.

Конт не был исключителен. Национальные пристрастия сказались в нем только в увеличении числа великих французов, далеко не в устранении иностранцев, послуживших росту наук, искусств и общественности. Нужно ли прибавлять, что столь выдающийся политический писатель, как Гарриссон, на этих собеседованиях не обходил своим вниманием и злобы дня. Он был постоянным сотрудником журнала "Двухнедельное обозрение", редактором которого состоял в то время Джон Морлей[3], еще не вступивший на свое политическое поприще и известный одними своими монографиями о Берке и Руссо.

Гарриссон приобрел большую популярность своей статьей, озаглавленной: "Венецианская конституция". Это был смелый поход против аристократизма английских порядков, которые он не без натяжки сопоставлял с порядками республики св. Марка. Обладая значительной эрудицией и прекрасным слогом, Гарриссон мог рассчитывать на широкий круг читателей. Имея независимое состояние, он не пожелал воспользоваться своей юридической подготовкой для того, чтобы заняться выгодной адвокатской профессией. Его принадлежность к адвокатской корпорации Линкольне открыла ему одну возможность занять профессуру по международному праву в "Адвокатской школе", устроенной при корпорации.

По его приглашению я однажды присутствовал на экзамене по его предмету и вынес то впечатление, что от слушателей, несмотря на всего трехгодичный курс, требуется довольно обстоятельное знание, особенно по частному международному праву, с которым им не раз придется встречаться в своей гражданской практике в судах.