Долгое будущее - 183

27 августа 

Сегодня день рождения Аленочки. А я тут одна, как собака с поджатым хвостом, голодная, несчастная. Минутами меня как будто за горло хватает страшная тоска по Ванюше. Но наряду с этим — абсолютная уверенность, что он жив и будет жив. Наперекор своей тоске знаю: он и старики живы.

И давно... я, как из другого мира, смотрю на юдольную жизнь некой Татьяны, и она — эта певичка — меня интересует как один из персонажей огромной драмы, которую нам суждено видеть на земле всего один раз. Но когда я пою — когда я уже совсем погружаюсь в песню, — для меня наступает полное забвение и счастье. В пение я вкладываю все, что пережито и передумано этой — в сущности, малозначимой — Татьяной.

Нежданно визит: Генкин! Униженно просил помочь, жалкий, гнусненький. Я сделала вид, что барнаульское все забыто. КЭБ и Генкины — вполне мною на самом деле забыты. Я и помогла ему сейчас. Но как дико то, что я не с Аленой, а здесь, одна, как собака, будто у меня нет детей, нет семьи! И что несчастного Генкина, травившего меня в Барнауле, я сейчас вызволила!