Очень сложным оказался пересадочный узел между станциями «Киевская-радиальная» и «Киевская-кольцевая». Четырехленточный эскалатор соединял верхний вестибюль с промежуточным вестибюлем, от которого на станцию «Киевская-кольцевая» вел трехленточный эскалатор. В промежуточном вестибюле по обеим сторонам устраивались два прохода, от которых вели коридоры в центр станции «Киевская-радиальная», расположенной выше кольцевой. Эти коридоры служили для входа на станцию, выхода со станции и одновременно для пересадки между станциями. Связи с поверхностью земли в торцах станция «Киевская-радиальная» на первых порах не имела. Устройство таких эскалаторов отодвигалось на неопределенное время.
Конструкция промежуточного вестибюля имела пролет 13,5 метров и представляла собой чугунный свод, опертый на бетонные стены. Чугунная обделка свода создавалась из тюбингов станционного тоннеля диаметром 9,5 метров с клиновидными прокладками по типу камер съездов, но здесь пролет был еще больше. Проемы с двух сторон чугунного свода окаймлялись стандартными проемами станционных тоннелей. Промежуточный вестибюль имел два этажа, так как под его платформой должна была разместиться натяжная камера четырехленточного эскалатора и машинное отделение трехленточного.
Начальник конструкторского отдела Роберт Августович Шейнфайн захотел показать чертеж промежуточного вестибюля начальнику Метропроекта Н.А. Кабанову. Увидев эту конструкцию, Кабанов сказал, что я когда-нибудь за свои чересчур смелые эксперименты буду сидеть в тюрьме и что он никогда такой чертеж не подпишет. К счастью, это было и необязательно. Начальник Метропроекта подписывал обычно только технический проект в целом и не был обязан подписывать рабочие чертежи.
Кабанов чуть было не оказался прав по отношению к моим проектам. Однажды вечером, когда свод промежуточного вестибюля был собран, мне домой позвонил маркшейдер строительства и сказал, что в тюбингах обделки появились трещины и Данелия дал распоряжение поставить металлические стяжки. Я тут же выехала на строительство, где на трещины в тюбингах (кстати, трещины появились только с одной стороны) были поставлены цементные маяки в местах трещин, и маяки не лопались.
Данелии я сказала, что он будет ставить стяжки только через мой труп. Мы с ним поспорили и даже поругались, но со стяжками он решил подождать. Прошло два-три дня, маяки не лопнули, новых трещин не появлялось. Значит, деформация свода прекратилась и все обошлось. Я, конечно, очень испугалась поначалу, но многому и научилась. Научилась не бояться появления трещин в конструкциях, не впадать сразу в панику. И мне это очень потом пригодилось, а этот случай был первым в моей инженерной практике.
Несчастных случаев на Метрострое было мало, но я могла о чем-то и не знать. В те времена многое скрывали.
Знаю только несколько случаев осадок поверхности. Происходили они, как правило, вблизи Москвы-реки, которая имеет под землей разветвленное древнее русло, заполненное илом, песком и водой. Не всегда геологи, бурившие разведочные скважины вдоль трассы метрополитена, попадали как раз в такое русло и устанавливали его наличие. При сооружении одного из тоннелей станции «Павелецкая-радиальная» (это было во время войны) дежурный слесарь возвращался с работы домой и вдруг почувствовал, что под ним заколебалась земля. Недалеко было общежитие, и слесарь побежал туда и разбудил спавших там рабочих. Они успели убежать из помещения.
В это время под землей в тоннель хлынул песок с водой и быстро заполнил его на довольно большом протяжении. При проходе этого тоннеля работы в известняке велись взрывным способом. После очередного взрыва случился провал. Рассказывали, что при очистке этого тоннеля там находили всякие бытовые предметы – железные кровати, поленья дров и другие вещи. Но пострадавших не было.
Похожий случай произошел на другой линии метрополитена, где провалился под землю цех фабрики шелковых тканей «Красная роза». Незадолго до этого в цех привезли несколько новых станков из Германии, заплатив за них 16 миллионов рублей. Так как провал произошел ночью, рабочих в цеху не было и никто не пострадал.
Небольшая воронка однажды появилась на площади Революции, но без серьезных последствий.
Свободное копирование
