ГЛАВА 6 1986 год
Этот год будет для меня очень напряжённым и переломным, так как я увольняюсь из армии. При этом мне необходимо будет пройти медицинскую комиссию, получить врачебную категорию и благополучно вернуться на Родину, где меня ждёт немало дел.
Начать я решил с подготовки к медицинской комиссии. Мне необходимо обследоваться и полечиться в неврологическом и гастроэнтерологическом отделениях. Я обратился к начальнику неврологического отделения Сухорученко с просьбой госпитализировать меня в отделение. Тот без особой радости согласился на это.
В мою палату поступил юноша 16 лет по имени Сергей. Сухорученко по секрету сообщил мне, что это сын начальника политотдела Группы. Он попросил меня понаблюдать за ним и сообщать ему о его поведении и разговорах. Его хотели поместить в психиатрическое отделение, но, во избежание лишних разговоров, решили не делать этого.
Сергей прибыл в госпиталь с магнитофоном "Шарп" и начал приобщать меня к современной молодёжной музыке. Постепенно мы разговорились с ним и он рассказал мне всю правду о себе. Вместе с группой ребят он создал в школе молодёжную организацию, которая своей целью ставит изучение истинного положения в нашей стране. Они считают, что в Советском Союзе установлен фашистский режим, который необходимо заменить демократией западного образца. Выслушав Сергея, мне стало ясно, почему его поместили в госпиталь. Парня считают едва ли не сумасшедшим. Я начал убеждать его в том, что он стал на очень скользкий путь. Возможно, он прав, но свои политические убеждения он должен держать при себе. О них можно поведать только самым близким людям и дневнику. Так поступаю я. Ни о какой молодёжной организации не может быть и речи, иначе он накличет беду на себя, своих товарищей и свою семью, в первую очередь на своего отца.
Не знаю, переубедил ли я Сергея, но только после нашего разговора он перестал касаться этой темы. О моей беседе с ним я не стал рассказывать Сухорученко. Я лишь только сказал ему, что Сергей нормальный и вполне вменяемый парень.
После двухнедельной госпитализации Сухорученко подтвердил мои наследственные заболевания позвоночника, но не выразил желания комиссовать меня по этой причине. То же самое произошло и в гастроэнтерологическом отделении, куда я был госпитализирован спустя три недели. Там также подтвердили наличие у меня хронического гепатита с начальными проявлениями цирроза печени. Это профессиональное заболевание я подхватил на работе. На этом свою предварительную подготовку к медицинской комиссии я решил закончить.
В последнее время у нас с Людой обострились отношения из- за траты чешских денег. Я изо всех сил стараюсь укомплектовать свою домашнюю библиотеку, чему она всячески противится. А после того, как я купил себе довольно дорогой альбом цветных репродукций "Из истории реализма в русской живописи", она совсем взбесилась. Люда предложила мне разделить все имеющиеся у нас кроны пополам, и пусть каждый из нас тратит свою часть по своему усмотрению. Я согласился с этим. При разделе денег её часть оказалась большей, так как она собирается покупать подарки своей внучке Юльке, которую в глаза не видела. И тут Люду понесло. Она начала покупать себе всё подряд. В дополнение к уже имеющимся у неё шубе и полушубку она купила ещё две шубы и два полушубка. И это не считая того, что у неё уже есть дублёнка. Чтобы износить всё это, надо прожить две жизни. Люда также поставила себе золотые коронки и зубы. За разрешением на это она ездила на приём к начальнику медицинской службы Группы.
Я, со своей стороны, полностью укомплектовал свою домашнюю библиотеку и купил себе ещё кое-что из личных вещей. Той одежды и обуви, которая у меня сейчас имеется, мне хватит на десяток лет. На более продолжительную жизнь я не рассчитываю. Мне очень повезло, что я под конец своей службы попал в Чехословакию, иначе пришлось бы мне после увольнения из армии ходить в военных обносках.
Свободное копирование
