Озеро Таймыр... - 47

23 августа

Погода с утра просто замечательная: ветер стих, на небе ни тучки, вовсю жарит солнце, и Константин Иванович передумал.

— На Неприветливое идем все втроем, — твердо сказал он и смущенно добавил: — В последний раз. Все там закончим, втроем-то, поди, сумеем. А потом вернемся и будем лагерь сворачивать.

— Ура! — закричал Петька. — И поплывем на север!

— Да нет, — покачал головой Константин Иванович, — теперь уже, пожалуй, на юг.

— Как на юг?! — едва ли не хором воскликнули мы.

— Километрах в шести-семи отсюда к югу есть хорошие выходы угля, а у нас всего два мешка угля осталось да немного дров. Когда нас вывезут — неизвестно...

— Как неизвестно, — удивился Петька, — мы вертолет на какое число заказывали?..

— Это ничего не значит, — отмахнулся от него Константин Иванович. — А на носу серьезные холода. Да, судя по карте, и избенка там имеется... Ну и на Суровое оттуда ходить проще...

— Как на Суровое? — поперхнулся Леша.

— А вот так, — сказал Константин Иванович. — И нечего рассуждать. Пошли помаленьку.

Днем, когда озеро немного утихомирилось, поехали мы с Петькой проверять наши сети. Однако попытка эта оказалась неудачной: в большой сети, семидесятке, как обычно, ничего не было. Две же другие сети я выбрать так и не смог: шторм так закатал грузила в дно, что было это мне не под силу, да и сети я порвать боялся (тем более что ощущался все-таки еще приличный накат).

Днем Петька снова отправился гулять по тундре с ружьишком. Ему, как обычно, велено было ходить только в пределах видимости лагеря и вернуться не позднее восьми часов вечера. Меня же буквально одолели песцы. До чего же это беспардонные и наглые твари!

Петька пришел вовремя, принес одно полено и сказал, что все время за ним по пятам крался полярный волк, но он пуганул его из ружья, и волк убежал (врет конечно же!).

Саша с Лешей, как обычно, пришли около часу ночи и сказали, что на Неприветливое, видимо, придется идти еще раз.

— А как же, Константин Иванович говорил, что... — начал было Петька.

— Мало ли что он говорил, — махнул рукой Леша, — там работы еще — во! — И он рубанул себя ребром ладони по горлу. — Пахать и пахать!

— Да, господнего дерьма не перетаскать, — процитировал я великого Исаака Бабеля.

— Точно, — согласился Саша. — Константин Иванович, правда, постеснялся нам сразу об этом сказать, но, я думаю, послезавтра, когда мы вернемся к нему на Неприветливое, скажет непременно.