16 августа
Сегодня медианный день нашего полевого сезона — ровно середина (при условии, разумеется, что нас вывезут в оговоренный срок). Что же, обстановка пока замечательная: еды полно, отношения в отряде прекрасные, все здоровы, и даже Петька большого урону не нанес. Я предложил отметить середину поля, но Константин Иванович меня не поддержал:
— Нет, это не вариант. Таких поводов каждый день по паре штук найти можно. Будем спокойно работать.
И они с Лешей ушли в маршрут, несмотря на густой туман, которым укутаны Бырранга.
Я, как обычно, вожусь на кухне, а Петька с Сашей хлопочут с мотором. К вечеру им удалось выяснить, что причина неполадок — топливный насос. Но почему он, этот насос, не желает работать, пока неясно.
К вечеру туман сгустился необыкновенно, и к восьми часам из него вышел один Константин Иванович. В маршруте они с Лешей разошлись, работали каждый сам по себе, а к обратному пути встретиться так и не сумели.
К десяти часам вечера мы начали беспокоиться. Пять раз выстрелили из ракетницы, пять — из ружья. Стрелял Петька (в воздух, разумеется), и с большим удовольствием.
Леша явился примерно через час. Вовсе он не блудил в тумане, как мы полагали, а просто не сориентировался во времени: часов у него с собой не было, а биологические часы — голод — почему-то подвели его.
— Слышал, как мы тебе стреляли? — спросил Петька.
— Слышал, слышал, — ответил Леша, — ты небось и стрелял?
— Я, — гордо ответил Петька.
— То-то у тебя рот до ушей от удовольствия.
— А за всякое удовольствие, Петька, надо платить, — наставительно сказал Саша, — поэтому завтра вычистишь и ружье, и ракетницу. Да смотри, как следует!
Свободное копирование
