1 января 1902 г. было закрыто Особое совещание о нуждах поместного дворянства, образованное в 1897 г. председательством Дурново, а вместе с тем при министерстве внутренних дел был учрежден постоянный "Особый дворянский отдел", и таким образом особое попечение о дворянском сословии было признано постоянной задачей этого министерства. Особый отдел унаследовал от Особого совещания несколько проектов, еще не достигших осуществления, и поспешил дать им дальнейших ход. Таким образом, уже при преемнике Синягина Плеве были изданы еще законы: об усовершенствовании дворянских учреждений и об учреждении губернских дворянских касс взаимопомощи (1902 г.). Первым из этих законов расширялся круг действия бывших депутатских дворянских собраний, которые были теперь преобразованы в собрания дворянских предводителей и депутатов. С одной стороны, в этом законе усматривалась тенденция несколько осложнить порядок возбуждения дворянскими обществами ходатайств на Высочайшее имя. Постановления о таких ходатайствах, принимавшиеся в общих дворянских собраниях простым большинством голосов, теперь должны были предварительно проходить через собрание всех предводителей данной губернии и депутатов большинством 2/3 голосов.
Таким же большинством должны были проходить чрез названные собрания вопросы о предложении Общему собранию дворянства исключить дворянина из дворянского общества за бесчестные поступки. Кроме того, собранию предводителей и депутатов было присвоено право, какого не имели прежние депутатские собрания, — давать предостережения дворянам, допускающим неправильные поступки.
Закон о дворянских кассах взаимопомощи представлял собою новую попытку облегчить положение дворян-землевладельцев, заложивших свои имения Дворянскому банку. Эти кассы могли выдавать ссуды дворянам-землевладельцам под залог имений в случае особых бедственных событий, а кроме того, этим кассам могли быть передаваемы в управление имения дворян, заложенные в Дворянском банке и назначенные к публичной продаже — мера, которой давно добивались дворянские прожектеры; кассы могли также и покупать заложенные в Дворянском банке имения по ходатайству заемщиков и с согласия их остальных кредиторов. Такие имения, оставленные за кассою, касса должна была в течение 5 лет продать или с публичного торга, или по вольной цене. Итак, в общем это был, так сказать, кредит для поддержания кредита — новое средство для отвращения или хотя бы для отсрочки катастрофического для заемщиков Дворянского банка финала их неоплатной задолженности. Эти дворянские кассы были сконструированы в виде органов дворянских собраний. Дворянское собрание избирало правление кассы на три года с утверждения губернатора и имело надзор за деятельностью правления. Впрочем, лишь с немалой натяжкой можно было назвать эти кассы органами взаимопомощи. Значительная часть средств на их содержание и на их операции шла из государственного казначейства: 1) в виде единовременного ассигнования в размере по усмотрению государя и 2) в виде ежегодного в течение десяти лет пособия от казны в размере складочного сбора с дворян, установленного дворянским собранием за предшествующий год. Итак, момент взаимопомощи играл тут роль довольно скромную, дело строилось в значительной степени на субсидиях из государственных средств.
В то время как всемерная поддержка дворянского землевладения и вообще дворянского сословия продолжала составлять главный предмет правительственных забот, по отношению к крестьянскому вопросу в начале XX ст. власть обнаружила какую-то беспомощную растерянность. Здесь разыгрался любопытный эпизод соревнования и столкновения двух ведомств — Министерства внутренних дел и Министерства финансов, — Сипягина и Витте, эпизод, очень показательный, конечно находившийся в тесной связи с игрою карьерных честолюбий, но в то же время имевший и гораздо более глубокую общую подкладку.
Здесь надо сказать два слова об одном внутреннем противоречии, Которым вообще пронизывалась система правительственной политики за вторую половину XIX ст. и за первые два десятилетия XX в. С одной стороны, как я уже неоднократно указывал в предшествующем изложении, власть в течение этого времени все теснее сближала свою политическую позицию со стремлением реакционных кругов дворянства, которые сводились к тому, чтобы застопорить жизненный процесс, или, по выражению Леонтьева, "заморозить" Россию в формах архаического устройства самодержавной монархии, опирающейся частью на всевластную бюрократию, частью на землевладельческое дворянство, наделенное рядом социальных преимуществ.
Свободное копирование
