авторів

1419
 

події

192710
Реєстрація Забули пароль?
Мемуарист » Авторы » Innokenty_Pasynkov » Бал Харбинцев в Модерне в 2009 году - 2

Бал Харбинцев в Модерне в 2009 году - 2

05.06.1928
Харбин, Хэйлунцзян, Китай

   Вернусь к своей судьбе. Лето заканчива­лось. Мне нужно было поступать в 4-е, последнее отделение 2-й городской школы. Тут случилось несчастье: папа заболел тяжелой формой бронхита (последствия бегства через Амур зимой из Благовещенска в Сахалян, когда папе приходилось лежать в снегу на Амуре, прикрываясь белой про­стынёй). Положение у меня оказалось отча­янным - жить одному, да ещё и учиться было невозможно. Перед тем как лечь в больницу, папа обратился за помощью к Ольге Григорьевне Борщ - это была близ­кая знакомая моей покойной мамы еще по Сахаляну. Муж у Ольги Григорьевны умер. Жила она с двумя дочерьми Ниной и Лидой. Обе симпатичные и грациозные барышни. Старшая Нина - блондинка, младшая Лида - брюнетка. Обе они, обла­дая сценическими данными, выступали в кабаре "Фантазия", которое в то время было на Пристани, на углу Новогородней и Поле­вой улиц. Работа была нелёгкой, ночной. Посетители были иностранцы и русские богачи. Иногда такие гости приглашали в антрактах балерин за столики, угощали их. Вот добрейшая Ольга Григорьевна и её дочери и пригласили меня, пожить у них, пока папа в больнице. Квартира была двух­комнатная плюс кухня с плитой, которые, как обычно, отапливалась дровами. Жила семья Борщ очень скромно, но денег на основное хватало. Именно в это время, в новогодние гадания 1929-1930 гг. за Ниной и Лидой ухаживали двое русских юношей: один - Володя Рыков, будущий чемпион Харбина по теннису, второй - студент Ми­ша Смирнов.

   Случилось во вре­мя гадания со мной необычное. В зеркале в кольце я увидел себя года на три старше в белой форме (этот эпизод был описан мною в газете "Московская правда"). Священник, к которому я обратился после гадания, предупредил меня, что о будущем не нужно загадывать при помощи гадания - на всё воля Божия.

   Тут добавлю ещё немного о дворе, в ко­тором жила семья Борщ на Торговой улице, номера дома не помню. Хорошо помню, что там во дворе была фабрика Заики по произ­водству колбасы.

   Перехожу далее к своей судьбе. Жить у чужих людей, учиться и как-то питаться было для меня уже невозможно. Оставалось бросить учение. У Ольги Григорьевны была знакомая ещё по Сахаляну пожилая подруга - Надежда Митрофановна Холодович, сын которой Владимир, солидный деловой человек, имел связи с журналиста­ми. Вот он и предложил мне пойти на рабо­ту в издательство киножурнала "Зигзаги", конечно, бросив учение. Выхода не было. Пришлось согласиться, тем более, что папа был ещё в больнице. Редактор журнала Александр Фаддеевич Любавин и его жена Ольга Леонидовна хорошо приняли меня, и я стал продавать журнал. Чета Любавиных жила вдвоем в гостиной на углу Мостовой и Участковой улиц на Пристани, в шикарном большом номере. Относились ко мне с сочувствием, даже ласково.

   Стал я зарабатывать так, что днём мог питаться, а деликатный папа, имея случайные работы, ни разу не брал у меня денег. Так я попал в иной мир - шикарный с ог­ромными зеркалами во все стены в фойе, паркетным полом, баром, бильярдной, ки­осками и прочей обстановкой иной шикар­ной жизни, столь необычной для меня. Нужно сказать, что ходил я в форменном кителе тёмного цвета, на воротничке кото­рого было золотом вышито "Зигзаги". При­чёску носил уже с пробором. Все работники кинотеатра и входившие в него службы относились ко мне очень хорошо, даже со­чувственно.

   Но учиться я уже не мог и пропускал це­лый год. Удивительно, как со столь далеких лет, запомнились не только обстановка, но и люди, ставшие милыми сердцу. Преж­де всего, кассирша Варвара Александров­на Макарова, дама средних лет, очень модная и красивая, которой я оказывал ус­луги. Она посылала меня в перерыв купить для дневного чая булочки, которые до сих пор не могу забыть. Они были очень ма­ленькие, разной формы, очень сладкие и ароматные, а также шоколад "Каэ", который продавался в "Марсе" напротив "Модерна".

   Шоколад продавался не плитками, а на развес, кусками, весом по заказу. Причем, рубился тут же на прилавке. Старшим биле­тёром в кинотеатре был Александр Дмит­риевич Банников - высокий, стройный. Костюмы у всех были хорошо отглажены. Контроль в кинотеатре был двойной - у двери в зал ожидания и у двери в зал про­смотра. Входов было несколько: слева в передние ряды, справа в партер, за фойе партера в бельэтаж, ложи и на галёрку. Са­мые дешёвые места были высоко под по­толком. В бельэтаже были очень удобные стулья-кресла.

   Запомнились милые сердцу среди кон­тролёров: Севва - молодой человек, стоявший у внешнего входа в фойе партера. Би­летёры Николай Николаевич Нестеров и Василий Дмитриевич Бухаров, Илья Ни­колаевич Дунаев. Вот так и стоит перед глазами его средних лет невысокая корена­стая фигура почти всегда навытяжку. Потом он был начальником спортивного отдела в БРЭМе в Харбине. Как и коренастую фигу­ру пожилого билетёра на входе в лоджии и на галёрку Просвиркина (имя-отчество забыл).

   Очень подружился с молодым симпа­тичным китайцем "Мишей", прекрасно говорившим по-русски и всегда называв­шим меня ласковыми именем. Помню, были и различные, так называемые коммивояжё­ры, или агенты для поручений. Одеты они были всегда по форме в тёмно-синие кос­тюмы. Особенно запомнился высокий стройный и курчавый Лысцов (имени-отчества не помню). Он был мужем буду­щей звезды харбинской оперетты Алексан­дры Ивановны Лысцовой.

   Главным заведующим всеми службами театра был Исаак Ильич Билицкий - полный, пожилой и с неуклюжей фигурой, но строгий - соблюдал везде нужный поря­док. Запомнились ещё приятные мне люди Коля Мазин и Дима Шереметьев.

   Киноленты были, конечно, "немые", и одни и те же фильмы шли одновременно в четырёх кинотеатрах: "Модерн", "Палас", "Ориант" и "Гигант". "Палас" напротив "Модерна", на Монгольской улице, был менее аристократичным и потому более дешёвым для посетителей. А два театра "Гигант" и "Ориант" были в Новом городе (другая часть Харбина). Причём одни и те же фильмы шли одновременно. По-моему, специальная машина перевозила части фильма к нужному времени из одного кино­театра в другой. И это расписание работало точно. Был ещё кинотеатр "Аре" на Пекар­ной улице недалеко от "Модерна", но там шли кинофильмы по другой "линии", то есть от другой кинокомпании. Все театры работали чётко.

   Поскольку фильмы были "немые", надписи на экранах были на русском, английском и китайском языках. Ук­рашением кинофильмов был замеча­тельный оркестр. В "Модерне" он раз­мещался в оркестровой яме. В газет­ной рекламе фильмов всегда говори­лось: "оркестр под управлением М.М. Силецкого - это была "фирма". Запомнил состав оркестра и располо­жение инструментов. Мирон Моисее­вич, средних лет, стройный в светло-сером костюме - дирижёр оркестра и одновременно первая скрипка. Второй скрипкой был молодой талантливый Ёня Орлов с немного нескладной фигурой, но простой и приветливый. Ещё сидел на высоком стуле виолончелист Ни­колай Дмитриевич Коцарев - это был классный музыкант русской дореволюци­онной школы. Наконец, крайним слева - контрабас Кантор, высокий и сутуловатый, и тоже "артист на своем месте". Посмотрим справа от Силецкого - пианист Абрам Субботовский. Его в шутку звали Абраш Воскресенский. Затем правее кларнет Вик­тор Коптевский, затем тромбон (фамилии не помню) и, наконец, барабанщик Пашевич - уже немолодой, но артист своего дела: мог изобразить и гул, и залпы, и паровоз, и машину. Всё это, удивительно, так и стоит перед глазами.

   Харбинская публика любила бывать в кино. Обычно залы были переполнены. Любимцами кинозрителей в эти времена были киноактёры: Бастор Китон - "человек с каменным лицом", Рамон Наварро, Алиса Терри, Рудольф Валентино, Иван Мозжу­хин, Ольга Чехова (эмигрантка), Чарли Чаплин, Иван Петрович (югослав), Бри­гитта Хельм, Марлей Дитрих, Грета Гар­бо, Дуглас Фербанкс, Мэри Пикфорд, Морис Шевалье, Ширли Тэмпл, Джанет Гайнор, Джон Барримор, Пола Негри, Жозефина Беккер - знаменитая африкан­ская танцовщица, выступавшая обнажннной, и даже собачка Рин-Тин-Тин.

   В те времена между киносеансами вы­ступали различные певцы, актёры, танцоры. Запомнились колоритные солидные фигуры старой русской школы - Марии Александ­ровны Садовской, исполнявшей русские народные песни (тоска по родине) и Софьи Александровны Реджи с репертуаром "песни улицы". Одеты они были скромно и по старинной моде. Две эти певицы были любимцами публики. Аплодисменты на их концертах не смолкали, а у некоторых зри­телей-эмигрантов на глазах появлялись и слёзы тоски по Родине, потерянной России. Из других выступавших запомнился артист Вительс (старые и современные песни). Бури восторга и аплодисментов вызывали зажигательные кавказские пляски Илико Казбека и Берты Червонной. Всех высту­павших через столько лет запомнить невоз­можно.

   Тут необходимо сделать отступление: за годы до всего описанного на Китайской улице угол Аптекарской был небольшой кинотеатр "Декаданс". Там шли небольшие фильмы и ставились короткие пьесы-водевили. До сих пор в памяти остался во­девиль "Чертёнок" на две роли - Он и Она. Весёлые частушки, танцы и пляски. Оба красивые, изящные. В этом же театре вы­ступал замечательный куплетист-сатирик Лев Блюменталь. Как сейчас, вижу перед собой его выступления. Он выходил на сце­ну стремительной походкой в простом чёр­ном костюме и с цилиндром на голове, лицо немолодое, но хорошо сдобренное гримом. Он, сняв цилиндр, исполнял частушки на тему дня. Успех был огромный. Как ни странно, так и осталась в памяти одна из его частушек. В то время женская половина населения чересчур увлекалась обществен­ной работой в ущерб домашним делам. И вот через 70 лет у меня удержалось в памяти:

Жена в собраньи

На заседаньи

Муж благородный,

Как волк голодный.

Дата публікації 11.08.2023 в 20:43

Присоединяйтесь к нам в соцсетях
anticopiright
. - , . , . , , .
© 2011-2024, Memuarist.com
Юридична інформація
Умови розміщення реклами
Ми в соцмережах: