Глава 17. ЛИГАЧЕВ "СПУСКАЕТ КЛУБ
НА ТОРМОЗАХ»
С первого дня своего существования клуб сумел доказать свою серьезность и актуальность, способность мобилизовать усилия ученых и общественности в поддержку перестройки, занять лидирующее положение по количеству компетентных докладов, завоевать популярность в кругах московской интеллигенции.
Участников первого заседания пресса впервые нарекла «прорабами перестройки». Имена их в дальнейшем ассоциировались с демократическими преобразованиями. Некоторые из них стали авторами смелых проектов, всевозможных политических акций, массовых демонстраций, шествий и митингов в поддержку горбачевских реформ.
После первого заседания мы решили создать рабочую группу для теоретических исследований, подготовки квалифицированных экспертных заключений и рекомендаций, а также других мероприятий, выходящих за пределы чисто дискуссионной деятельности. Начали готовиться к изданию своего печатного органа – «Информационного листка КСН», который позволил бы выражать идеи, их альтернативные варианты, давать информацию о жизни клуба возможно более широкому кругу людей и организаций. Этот «Листок», по нашему замыслу, должен был стать своеобразной трибуной общественного мнения в стране. Была создана специальная группа для теоретической разработки «КСН-методологии» в помощь дискуссионным клубам других городов РФ и союзных республик, строящих свою работу на демократической, междисциплинарно-системной основе.
Многим членам инициативной группы «Клуба содружества наук» удалось выйти на политическую арену, на экраны телевизоров. К их голосам прислушивался народ.
Мы возлагали надежду на то, что наш председатель академик Фролов и «хозяин» Москвы Ельцин, имевшие постоянный доступ к Горбачеву, помогут дальнейшему развитию клуба, распространению его положительного опыта. Казалось, дела клуба складываются как нельзя лучше…
Но в самый разгар нашей деятельности и претворения планов, академик Фролов неожиданно переходит из редакции журнала «Коммунист» на работу в ЦК КПСС, на должность помощника и руководителя группы научных консультантов М.С.Горбачева и «из-за отсутствия времени» отказывается от должности председателя клуба.
Вслед за ним, 26 июня 1987 года Июньский пленум ЦК КПСС выводит из состава Политбюро ЦК КПСС нашего «крестного отца» Ельцина, а еще спустя неделю Бориса Николаевича отстраняют от должности главы московской партийной организации.
Таким образом мы почти в одночасье лишились и своего влиятельного руководителя, и облеченного высокой властью покровителя из МГК КПСС. Клуб превратился в полную сироту. Это означало начало конца – безоговорочное прекращение всей нашей деятельности. Следовало ожидать от власть придержащих репрессивных действий по типично советской схеме – закрытия клуба.
За десять дней до второго заседания клуба поздней ночью позвонил Александр Политковский из Центрального телевидения с печальным известием:
- Несмотря на предварительное объявление в «Спутнике телезрителя» даты показа по ЦТ фильма о КСН - демонстрация его не состоится. По личному распоряжению Лигачева час назад спецслужбы изъяли 60-ти минутную видеопленку с готовым фильмом и она тут же на наших глазах была размагничена...
Лигачев и высокие партийные чины опасались внезапно возникшего неформального центра поддержки Горбачева и перестройки, организованного в главном центре распространения коммунистических идей - Центральном лектории. Ведь сама система родилась как партия заговорщиков, путчистов и поэтому то же самое усматривала в нашем клубе. Главной чиновничьей тайной был тот факт, что в России народом изначально управляют не законы, а распоряжения начальников.
Несмотря на провозглашение гласности и разрешение Ельцина проводить в Политехническом музее дискуссии, Центральный лекторий оставался вотчиной Лигачева, мертвой точкой, эпицентром урагана, откуда шел разгул коммунистической пропаганды.
Я вдруг понял, что перешел Рубикон. Задев эту самую номенклатуру, я влез в чужую игру, ведущуюся высоко и серьезно. Мне разрешили, по недосмотру разумеется, организовать столичный дискуссионный клуб под крышей правления Всесоюзного общества «Знание», формально возглавляемого академиком Н.Г.Басовым, а фактически – его замом, генералом КГБ в отставке Владимиром Ефимовичем Семичастным, заморозившим хрущевскую оттепель.
По нашему замыслу клуб должен был выполнять функцию «центра быстрого реагирования» на текущие политические события, стать объединением борцов за демократию, своеобразным противовесом ужесточающейся номенклатурной оппозиции.
Создавая свой клуб, мы надеялись содействовать углублению и расширению процесса демократических преобразований, формированию массовых общественных движений, творческих инициатив. Но наши с Лигачевым цели оказались диаметрально противоположными…
Свободное копирование
