Пришла мне пора рассказать о печальном событии, которое произошло месяц тому назад в Шерловогорской больнице и не дает мне покоя до сих пор.
К ним поступила бурятка 45 лет, мать 10 детей. И надо же было такому случиться, что эта женщина после 10 нормальных родов не смогла родить естественным путём одиннадцатого ребёнка. Просто какой-то злой рок с самого начала преследовал её. Ей сделали кесарево сечение, при этом на свет появился здоровый мальчик. Вскоре после операции у неё появились симптомы воспаления в брюшной полости. Для консультации и оказания помощи из Читы прибыл хирург. Меня попросили принять участие в намечавшейся операции.
Приезжаем в больницу и видим женщину в тяжёлом состоянии, живот у неё раздут, кишечник не работает. Через зонд я удалил у неё из желудка 8 литров жидкого содержимого. Мне сказали, что её кормили бараньим бульоном, надеясь заставить кишечник работать. Всё это насторожило меня. У больной, судя по всему, имелись большие нарушения водно-электролитного обмена. На операции у неё нашли воспаление брюшины в области таза.
После операции хирурги занялись писаниной, а я начал выводить больную из наркоза. При этом выявилось, что дыхание у неё слабое, неадекватное, гемодинамические ж показатели оставались стабильными. Я хотел провести больной медикаментозную коррекцию предполагаемых у неё нарушений водно-электролитного обмена, но в больнице ничего для этого не нашлось. Не смогла сделать необходимые анализы и лаборатория, А между тем меня начали торопить врачи больницы, которые спешили отвезти прибывшего из Читы коллегу к поезду, а заодно и меня в Борзю. Тогда я начал форсировать восстановление у больной самостоятельного дыхания, которое всё ещё оставалось слабым. Я периодически проводил ей вспомогательное дыхание. И вдруг я обнаружил, что кожные покровы у неё побледнели, зрачки резко расширились, исчез пульс. Произошла остановка сердца. Начаты реанимационные мероприятия. Все врачи сбежались в операционную и подняли немалую панику. Но всё было напрасно. Всем стало ясно, что больная потеряна.
Я понимал, что виноват в случившемся во многом я. Нельзя было в данном случае проявлять спешку, нужно было спокойно заниматься своим делом. Недооценил я и тяжести состояния больной. Нужно также признать и то, что очень трудно, практически невозможно оказывать на должном уровне медицинскую помощь тяжёлым больным в таких маломощных лечебных учреждениях, как эта больница. В госпитале такая трагедия вряд ли произошла бы. В конечном счёте мне пришлось спасать себя с помощью убедительных записей в истории болезни. После случившегося я жил в ожидании неизбежных неприятностей.
Однако родственники умершей не стали поднимать шума, смирившись с тяжёлой утратой. Оставшихся сирот они разобрали в свои семьи. Так закончилась эта печальная история, которая будет для меня уроком и укором на всю оставшуюся жизнь.
Свободное копирование
