В России - 36

XVI. 1865-1866 гг. Выбор крестьянами меня учетчиком волости. Выбор меня уездным предводителем дворянства. Знакомство с дворянством и губернатором. Беспорядок в остроге. Жертва жестокой подлости.

Деревенская жизнь наша шла однообразно изо дня в день, и неожиданно была нарушена следующим эпизодом.

 Приехал из соседней Покровской волости отставной солдат Коблов, уполномоченный крестьянами, чтобы передать мне их приговор об избрании меня учетчиком сумм, вносимых ими на уплату различных повинностей, так как их расчеты не сходились с записями волостного правления.

 Я согласился взять на себя обязанность учетчика и приказал Коблову доставить мне все счеты и документы. В счетах сказалась большая путаница, а при дальнейшем расследовании я встретил тайное от меня противодействие со стороны местного мирового посредника Алыбина и уездного предводителя дворянства князя Н. Н. Енгалычева. Не обращая внимания на их неудовольствие, я продолжал заниматься принятым на себя делом, и оказалось, что крестьянами уплачивалось вдвое, а иногда втрое больше следуемого по вине сборщиков (двух бывших старшин), писарей, полиции, а также мирового посредника и предводителя дворянства.

 Слух о производимом мною учете распространился среди местного населения, и ко мне явились уполномоченные от казенных крестьян Тамбовской губернии, а именно соседних сел Глуховки и Воробьевки, тех самых сел, с жителями которых я имел раньше столкновение по поводу захвата ими у меня земли, потрав и истории с нашим доктором. Теперь наши отношения стали вполне хорошие, и я согласился на их просьбу, но, начав учет, вскоре должен был его прекратить по недостатку времени, так как получил уведомление об избрании меня в предводители дворянства, вместо князя Н. Н. Енгалычева. За учетом нашей Покровской волости я продолжал следить.

 Известие об избрании меня в предводители дворянства дошло до меня совершенно неожиданно при странной обстановке.

 Я отправился на ярмарку за сорок верст в большое и богатое раскольничье село Поим. В ясный морозный день, в полушубке и бараньей шапке, с палкою в руках, я бродил в толпе. Ко мне подошел какой-то человек, почтительно поклонился и спросил, не я ли Лев Михайлович Жемчужников.

 -- Да, это я.

 Он отрекомендовался и сообщил, что дворяне решили на предстоящих выборах избрать меня в предводители. Ничего не ответив, я был удивлен таким странным желанием дворян, так как, живя в деревне четыре года, вел беседу только с одним чембарским дворянином мировым посредником Алыбиным, и то весьма непродолжительную, по случаю заявления крестьян о желании их выйти на выкуп. Не придавая значения сообщенному мне известию, я приехал домой.

 Спустя несколько дней Алыбин заехал ко мне и официально заявил о намерении дворян избрать меня предводителем. Удивительно было такое неосмысленное желание выбрать человека, которого никто никогда не видел и не знает. Казалось невозможным допустить такую нелепость, но невозможное оказалось возможным, и в Пензе я был действительно выбран предводителем Чембарскаго уезда; повод был следующий.

 В это время брат мой Александр был в Пензе вице-губернатором и губернский предводитель Арапов, не ладивший с губернатором, пожелал склонить на свою сторону вице-губернатора. Уездные предводители и дворяне заодно с Араповым порешили сделать любезность вице-губернатору избранием меня в предводители.

 Узнав об этом, я отправил телеграмму брату, что я не желаю быть избранным и что я не местный дворянин. Несмотря на это Арапов снесся с Орловским депутатским собранием, я был внесен в список дворян Пензенской губернии и избран предводителем.

 В ответ на мою телеграмму брат прислал ко мне нарочного с письмом, упрашивая не отказываться от предводительства, чтобы не обидеть дворян, и обещал помогать мне в работе и выражал надежду, что "принесешь пользу своей службой".

 Вслед за тем меня известили о выехавшей депутации Чембарскаго дворянства с судьею во главе, которая должна была вручить мне бумагу за подписью дворян с просьбой принять на себя звание предводителя. Депутация действительно приехала; и я скрепя сердце принял на себя должность, которая имела большое значение в моей жизни.

 Я начал с того, что немедленно отправился в Чембар, где был принят дворянами с распростертыми объятиями. По заведенному обычаю, дворянство дало мне обед, где пили за мое здоровье и будущую мою службу на пользу дворянства. Я предложил в свою очередь тост за здоровье дворян и просил помогать мне в исполнении моих обязанностей. На другой день съехались дворяне из имений и повторился такой же обед с речами, пожатием рук и обещаниями помогать мне во всем. Не будучи охотником до таких пиршеств и не желая их повторений, я на этом же обеде попросил у господ присутствующих извинения, что буду говорить сидя и прошу их делать всегда то же, так как это гораздо удобнее, а также пить за здоровье не вставая с мест и не подходя друг к другу, чтобы не разливать полных бокалов на пол и платье. В заключение, поблагодарив за радушие и хлебосольство, за оказанную мне честь и доверие, которое постараюсь заслужить, я обратился к присутствующим дворянам с покорнейшей просьбой прекратить впредь такие торжества, чтобы не ставить меня в необходимость делать то же, так как такие пиршества мне не по карману и к тому же отнимают время. Если я принял на себя должность предводителя, то с единственною целью принести посильную пользу уезду.

 Так прекратились обеды, и таков был первый шаг моего знакомства с Чембарскими дворянами, который не был ими одобрен.

 В тот же день вечером я выехал в Пензу и прибыл туда на следующий день.