Париж, 10 марта /26 февраля 1860 г.
Любезный друг Папенька. Благодарю тебя от всей души за доброе родительское письмо. Ольга тебя целует и тронута всегда до слез твоею искреннею любовью и добрыми советами. Детки наши здоровы, несмотря на нынешнюю крутую зиму. Еще месяц, и я уеду в деревню к морю, которое так люблю и которое меня так исцелило. Работы мои идут к концу, и летом вновь буду заниматься этюдами и запасаться здоровьем. Занятия Ольги идут успешно. Она ведет уже все хозяйство, читает и пишет по-русски (хотя еще не знаменито) читает и пишет по-французски изрядно, учится арифметике и немного географии. Надеюсь, что при желании скоро выучится всему необходимому. В настоящее время она сошлась довольно близко с женою Крузе, что помимо развлечения ей может быть отчасти полезно, тем более что это очень добрая женщина, прекрасная жена и мать. Вообще надеюсь, что самое трудное для нас время прошло. Как твое здоровье? Я часто с Ольгой вспоминаю о тебе.
Мне бы очень хотелось тебя обнять и с тобою побеседовать; и если будут лишние деньги приеду один; но когда это будет... Прощай, любезный друг, целуем тебя крепко. Желаем, тебе еще прожить много много лет нам на пользу и утешение.
Лев.
Я живу от Николеньки верст за пять; вижусь не всякий день, а потому и письмо твое иногда пролежит день-другой прежде чем получу его, а потому лучше, если ты будешь писать прямо на мое имя письма, относящиеся ко мне. Адрес мой: Paris -- 119, Rue de Vaugirarde. {В это время брат мой Николай с А. Толстым, Софьей Андреевной, ее племянником и племянницей приехали в Париж и остановились очень далеко от меня: Rue Shateaubriand.} Прошу об оном передать и Володеньке. Целую брата Алексея, его жену и детей, сестру с Виктором и проч. Прошу передать от меня дружеский поклон Устинову. {На этом письме отмечено отцом: "Первое письмо после свадьбы".}
Венчание наше происходило 5 февраля 1860 года в Парижской посольской церкви; шаферами были брат Николай и А. Толстой, а свидетелями -- М. О. Крузе, Софья Андреевна Миллер и Анна Ефимовна, жена священника И. В. Васильева. Церковь для публики была закрыта.