Дневник (1895-1898) - 23

17 февраля

Несколько дней уже ходили слухи о каких-то беспорядках, произведенных студентами 8 февраля (годовщина петерб. университета). В газетах, однако, ничего не было, и вообще,-- не знаю, результат-ли это личного моего настроения (я теперь занят концом своего очерка "Без языка"), или так притупилась чуткость к слухам,-- но только вот уже целую неделю, после 8-го, о происшествиях в Петербурге говорили вяло и мало. Я слышал только о какой-то драке у ресторана Палкина, учиненной подкутившими студентами. Газеты тоже молчали.

И вдруг сегодня "Российское Агентство", забыв совсем о Японии, о Китае, об Египте и т. д.-- дает огромную телеграмму о "русском" событии. Тут правда опять Петербург, но на этот раз он не устраивает парадных приемов, не следит за выездом за границу вел. князей и других высоких особ, не рекомендует улучшенных семян из департаментов, а шумит. И шумит сильнее, чем можно было предполагать по слухам.

(От Российск. Телегр. Агентства).

Петербург, 17 февраля. "Правительственный Вестник" сообщает, что 8-го февраля, в годовщину основания С.-Петербургского университета, состоялся акт, прошедший совершенно спокойно. Вечером того же дня по установившемуся обычаю студенты прежних лет и нынешние участвовали на товарищеских обедах; к сожалению, некоторая часть молодежи, находившейся в различных ресторанах, по окончании обеда позволила себе на улицах и общественных собраниях весьма большие беспорядки, окончившиеся необходимостью прибегнуть для водворения нарушенного порядка к силе; наибольшие буйства происходили в пассаже, Михайловском манеже, цирке Альказаре, Малом театре, заведении Тумпакова, у Семеновского моста, а также вдоль улиц Большой Итальянской, Екатерининской, Караванной, по Фонтанке, Чернышеву переулку, загородному Проспекту, Владимирской и на Невском проспекте подле ресторана Палкина; во всех перечисленных местностях беспорядки отличались одинаковым характером; в большинстве выпившие студенты, сильные своею численностью, не обращая никакого внимания на увещания своих более рассудительных товарищей, на просьбы публики, и на требование полиции, шумно бесчинствовали как на улицах, так и в театрах и ресторанах, в которых находились они; входили, насильственно и не внося платы, в увеселительные заведения и театры, и иногда вызывали необходимость противодействовать им силой как со стороны полиции и дворников, так и многих затрагиваемых ими лиц из проходивших и публики; представление в Малом театре пришлось закрыть до его окончания; рукопашные схватки на улицах имели своим последствием некоторые неопасные для жизни пострадавших поранения {Курсив В. Г.}, но не увечья; в числе пострадавших, к прискорбию, как и всегда в подобных случаях, оказались и такие, которые не принимали участия в беспорядках, случайно находясь подле них; в обшем число пострадавших, по заявлениям полиции, достигает 18 человек, тогда же представленных к медицинскому освидетельствованию и помощи и ныне большей частью вполне оправившихся за весьма небольшими исключениями. Деятельность полиции за все время продолжения беспорядков была главным образом направлена на увещание буйствовавших и на ограничение беспорядков, возможно меньшими районами, но в двух случаях полиция вынуждена была прибегнуть к силе: в манеже, когда происшедшее столкновение студентов с офицером грозило принять большие размеры и когда полиция арестовала 8 человек, чем пресекла беспорядок, и при бесчинствах подле ресторана Палкина: не впущенные в этот ресторан, в виду нетрезвого их состояния, студенты, пользуясь своим численным перевесом над полицейским нарядом, охранявшим вход в ресторан, оттеснили полицейских, нанеся им при этом побои, разбили вдребезги стекляные входные двери ресторана; такое буйство студентов, соединенное с насилием над полицейскими чинами, вынудило местного пристава призвать на помощь для удаления буйствовавших наряд дворников, назначенный для ограждения Аничковского моста, и новое сопротивление, оказанное студентами при их удалении из ресторана, повело за собой общую свалку, в которой приняли участие многие из публики, следовавшей за студентами к загородному и Владимирскому проспектам и возмущенные их безобразным поведением; в этой свалке пострадали уже не только студенты, но и посторонние лица, которые совершенно случайно оказались в этом месте. Вышеизложенным кратким раз'яснением опровергаются те преувеличенные слухи, которые распространяются по поводу беспорядков 8-го февраля и умышленно изменяют характер всего совершившегося; раз'яснение это имеет также цель предупредить о том, что на будущее время при обстоятельствах, подобных вышеизложенным, надлежащими представителями власти будут своевременно приняты те меры, которые вполне обеспечивали бы от всяких неожиданностей порядок на улицах, в театрах и ресторанах и не допускали бы сборищ нетрезвых и буйствующих людей.

Впечатление этой телеграммы несколько неопределенно, двусмысленно и странно. Обыкновенно слухи преувеличивают действительность. Здесь, по крайней мере для провинции -- телеграмма дает представление большее, чем слухи.