7 марта. Москва.
Лёша не очень хвалит Якутию. И сам туда ехать не хочет.
Приехал Фёдоров; консультировался.
Вечером — разговор с Варей. Говорит, что меня в Якутию не отпустит. Что ж, я соглашаюсь, тем более, Лёша не хвалит. Говорит, что Федька очень хитёр, и что-то для себя выгадать хочет. Потом разговор о нашей жизни. И очень серьёзно поссорились. Я ушёл и не стал разговаривать. Варька спросила, когда, наконец, мы будем жить вместе? Я сказал, что не знаю, что дело в квартире, что с июня-то уж наверняка. Она напомнила апрель (я писал из Усолья) и назвала меня обманщиком. Сюда же присовокупилась ещё её записка. Затем стала оскорблять; я не мог больше выдержать и ушёл. Когда она, наконец, перестанет разыгрывать такие сцены? Она это делает не нарочно, но ведь если она действительно любит, можно и сдерживаться, и говорить более рассудительно, а не искать в простых моих словах какого-то тайного умысла.