7 янв., лежу больной. За чтением “Преступления и наказания”.
Боже! Боже! Укрепи меня! Почему-то весь вечер вспоминал Струве, на извозчике, на котором ехали, когда у него была чахотка (до сих пор помню с невероятной ясностью, как наклонилась пролётка налево, я сидел слева и Миша чуть наклонился ко мне, было мокро, шёл дождь, это было у Летнего сада, около Марсова поля (мы ехали на Спасский пер. в “Физу”) и вспоминаю скрип песка на вокзале, в Красном и лагерь…
7 янв. вечером, за Достоевским.
Как странно! Иногда, “ни с того, ни с сего” вдруг каменеешь сердцем и даже Достоевский “не трогает”.
7 янв, вечером, читая “Преступление и наказание” (сцену с Катериной Ивановной, на улице, когда она выбежала с детьми плясать и петь, когда кровь хлынула горлом).
Злой я, сухой и чёрствый человек.
7 янв.
Свободное копирование
