12 декабря, пятница. Неделя невероятно напряжена. Сегодня приезжает Аня из Гатчины, наверное, встретимся сегодня или завтра втроем, еще будет Катя Варкан. Утром с Катей перезвонились. Будучи близким к Битову лицом, она сказала, что основные закоперщики смены власти и направления в ПЕН-центре, и Улицкая, и Рубинштейн, и некоторые другие, сейчас за границей, что вроде бы все разрядилось и Битов будет баллотироваться один. Я напомнил Кате, что отбирать писателей для Гатчины надо придирчиво -- мы транслируем в народ нашу точку зрению на литературу. Одновременно вспомнили и нашего министра. Цитирую Интернет: "Член комитета Госдумы по культуре Марина Максакова в прямом эфире радиостанции "Говорит Москва" выступила с критикой высказывания министра культуры Владимира Мединского о финансировании отечественного кино, в котором он допустил фразу "Рашка-говняшка". Она отметила, что подобный лексикон -- "не подобающий для министра культуры". "У меня есть некое личное разочарование, я это не скрываю. Как сказал Кобзон на прошлом совещании, процитировав великих прошлых лет: "Нам не страшен министр культуры -- нам страшна культура министра"", -- пояснила Максакова".
Вечером все-таки сговорились с Аней, встретились и пообедали у Альберта. Я предварительно ему позвонил: "Буду, если нет народа, обедать, но безо всяких поблажек, как обычный посетитель". Кроме общих разговоров у Ани есть просьба зарегистрировать название фестиваля -- это может спасти от всяких наездов. Вспомнили последний, когда фестиваль хотели передать кому-то из высокопоставленных родственниц очень большого начальника. Тогда заманивали тем, что бюджет будет в пять раз больше, но сократится и количество приглашенных гостей, и объем показанных фильмов. А зачем? У милой родственницы будет престижная работа в искусстве и хорошая зарплата! Ну, а провинциальные зрители, народ, самое искусство, ой, да кому это надо!
Выпал снег, но тепло. Замечательно после кафе прогулялись с Аней по разряженной к Рождеству Москве. Вид просто волшебный! Но и цены волшебные. Бумажный стаканчик с почти не пахнущим спиртным или глинтвейном в нарядной беседке на площади Революции возле бывшего музея Ленина -- 250 рублей. Тут я опять вспомнил свое детское чтение: мальчика Мотла, продававшего квас.
Около девяти пришел домой: по каналу РенТВ, который я часто смотрю, о Дне тишины на Украине -- слава Богу, в этот день никого не убили, только подрались в Киеве французские и украинские футбольные болельщики -- и комментарий: не стала ли городская предновогодняя роскошь отвлекающим маневром от падения рубля и повышения цен? Здесь есть некоторый резон. Вот уже Аня, директор кинотеатра и у которой муж занимается международной логистикой и зарабатывает, кажется, немало, отказалась от традиционной рождественской поездки с семьей за границу. Аргумент: не только цены, но и ощущение беззащитности -- здесь и наши страховые компании, я-то уже их подлые привычки хорошо знаю, и западная вновь появившаяся нетерпимость к русским.
Свободное копирование
