25 июня, суббота. Честно говоря, мечтал уехать на дачу еще в пятницу и, может быть, уехал бы, но был совершенно измотан, а потом выяснилось, что утром в субботу Сережа, сын Сергея Петровича, едет в подмосковное Видное в военкомат, а значит, вернется к отцу не ранее часа дня. Бросать и С.П., и своего крестника в Москве на воскресенье я не решился. Как и ехать одному на один день на дачу. А возвращаться надо было обязательно на следующий день -- в понедельник начинается творческая аттестация студентов трех первых курсов.
Все утро с наслаждением читал "Заповедник" Сергея Довлатова, все более и более убеждаясь, что у спектакля и повести, по которой он сделан, разные задачи. Спектакль -- о бедном и талантливом еврее, который не решается уехать в Израиль, а его жена с дочкой уезжают, и оглушительной приземленности и пьянке в России, а в повести все же о некоем страдании живого человека и его боли и любви к суровой родине. Кое-что для себя интересное в повести пометил.
Закончил чтение уже на даче в субботу. В субботу же мы, кажется, удивили маленького Сережу, нашего интеллектуала и математика, тем, что оба присосались к телевизору. По НТВ шел обычный набор передач -- "Профессия репортер" и "Максимум". Они-то в основном судачат о "звездах", а для нас уроки низкой жизни страны. Здесь и убийство Буданова, и исследование кого-то на полиграфе, и рассказ о министре финансов Подмосковья, практически ограбившем всю область и теперь живущем в Париже. Естественно, много времени телевидение, как утром радио, отдало внезапно возникшему лидеру партии "Правое дело" олигарху Михаилу Прохорову. Показали и Прохорова, говорящего довольно здравые вещи, и атмосферу съезда партии. Мне показалось довольно правильным мнение Прохорова, что эта партия не должна пользоваться термином "оппозиция". По сути, эти люди, конечно, не оппозиция ни собранию миллионеров в Думе, ни миллионерам в правительстве. Они все "заединщики"! Возьмемся за руки, друзья! Если мне не изменяет память, то строфа в стихотворении Окуджавы заканчивается словами "чтоб не пропасть поодиночке". Прохоров вкупе с Левитиным и Кудриным не пропадут. С чувством ожидаемой радости обнаружил, когда по телевизору показывали зал с членами или сторонниками партии, мою любимую Мариэтту Омаровну Чудакову.
Теперь выписки из Довлатова:
"-- Даже твоя любовь к слову, безумная, нездоровая, патологическая любовь, -- фальшива. Это лишь оправдание жизни, которую ты ведешь. А ведешь ты образ жизни знаменитого литератора, не имея для этого самых минимальных предпосылок... С твоими пороками нужно быть как минимум Хемингуэем..."
Ключевыми здесь являются слова "образ жизни знаменитого литератора". Как много своих коллег я здесь вспоминаю, а не балуюсь ли подобным образом и я сам?
Очень занятное суждение о Пушкине, в котором есть и деликатная ложь, и уклончивая правда.
"В местной библиотеке я нашел десяток редких книг о Пушкине. Кроме того, перечитал его беллетристику и статьи. Больше всего меня заинтересовало олимпийское равнодушие Пушкина. Его готовность принять и выразить любую точку зрения. Его неизменное стремление к последней высшей объективности.
Не монархист, не заговорщик, не христианин -- он был только поэтом, гением и сочувствовал движению жизни в целом".
Аристократы -- это определенная порода, особенно писатели. Дальше не продолжаю. Иногда приходится с Довлатовым соглашаться. Видимо, я страдаю теми же комплексами. Удачливый писатель меньше рефлектирует и зависит от обстоятельств.
"Единственная честная дорога -- это путь ошибок, разочарований и надежд. Жизнь есть выявление собственным опытом границ добра и зла... Других путей не существует... Я к чему-то пришел... Думаю, что еще не поздно...
-- Это слова.
-- Слова моя профессия.
-- И это слова. Все уже решено. Поедем с нами. Ты проживешь еще одну жизнь...
-- Для писателя это -- смерть.
-- Там много русских.
-- Это пораженцы. Скопище несчастных пораженцев. Даже Набоков -- ущербный талант".
Собственно здесь можно остановиться. Довлатов -- уехал, его популярности способствовали несколько факторов: зарубежное радио, скромное диссидентство, облегченный русский язык и малая форма, удобные для перевода, ранняя смерть, армянская фамилия и отчасти еврейское происхождение. Все соединились и попытались доказать, что и за рубежом возникают писатели на уровне классики.
В повести, конечно, много любопытного, нравы. Квартира уезжающей в Израиль жены, некоторые характеристики, ироническое отношение к либеральной интеллигенции.
Свободное копирование
