17 сентября, пятница. День начался с двух происшествий, о которых рассказало радио. На Кавказе новый теракт, на этот раз воюют осетины с ингушами, доказывают друг другу права на территорию и суверенитет. В Москве -- нападение на вора в законе "деда Хасана". Его тяжело ранили в живот, он сейчас прооперирован в Боткинской больнице и находится в реанимации. Из дополнительных сведений: "дед Хасан", оказывается, всюду ходил с охранником, который и вызвал "скорую помощь", а приехал он на Тверскую улицу, чтобы навестить сына. Покушение было совершено в подъезде жилого дома.
Утром все же созвонился с ребятами и поехал на дачу. Удаляться от московского уюта и от московских удобств всегда не хочется, но приезжаешь и с первым глотком свежего воздуха понимаешь, что попал в земной рай. К сожалению, работать, как раньше, я уже не могу. Неплохо функционирует только голова.
Почти сразу после обеда сел править Словник и с перерывом на телевизионные новости просидел почти до ночи. Потом впился в биографию Чайковского и читал вразброс довольно долго. Много интересных, даже неожиданных эпизодов, много любопытных мыслей. Гений обладал еще и редчайшим даром слова, в его письмах, которых приводится много, есть поразительная, порою разоблачающая автора, искренность и точность выражения. Дар слова никогда не существует без дара мысли.
Вот цитата, без которой теперь уже глава о письмах в моей книге "Власть слова", просто не может существовать.
"Мне кажется, что письма никогда не бывают вполне искренни. Сужу по крайней мере по себе. К кому бы и для чего бы я ни писал, я всегда забочусь о том, какое впечатление произведет письмо, и не только на корреспондента, а и на какого-нибудь случайного читателя. Следовательно, я рисуюсь. Иногда я стараюсь, чтобы тон письма был простой и искренний, т. е. чтобы так казалось. Но кроме писем, написанных в минуты аффекта, никогда в письме я не бываю сам собой. Зато этот последний род писем бывает всегда источником раскаяния и сожаления, иногда даже очень мучительных".
Вечером по ТВ новая атака на Лужкова, уже через Батурину. Рассказывается о неких землях, на которых должны были быть еще по указу Ельцина построены здания посольств. Эти здания не были построены, а земли через другие руки ушли к Батуриной. Пока всем ясно следующее: снять просто так Лужкова не решаются, ищут понятные москвичам аргументы. Очевидно и иное: власть работает плохо, если не сумела заметить тех недостатков, о которых она заговорила сегодня. А где раньше-то были?
Свободное копирование
