10 января, четверг. В больницу сегодня опять едет Лена.
На завтрак мастерил сырники из творога, который купил еще пару дней назад, потом довольно долго с Леной говорили о повторной защите ее докторской диссертации. После первой защиты выяснилось: профессора-оппоненты работали в одном огромном институте. Но система не признавала никаких исключений. С системы и начался разговор. А с этого перешли на сегодняшнюю вспышку туберкулеза в России и систему профилактики и лечения туберкулеза в бывшем СССР. В то время Елена занималась именно этим. Этот вопрос в любой области курировал всегда второй секретарь обкома. В частности, в Казахстане этим занимался именно нынешний президент Назарбаев.
Утром хотел съездить в издательство, но Наталья Евгеньевна, которая, видимо, теперь мой редактор, будет только завтра; обрадовался паузе, пошел стричься -- оброс. Днем по телефону окончательно договорился относительно билетов в Театр Гоголя на "Театральный роман" для студентов и сразу же, пообедав, поехал на метро на Курский. Пока заплатил за 24 билета 6000 рублей, надеюсь, мне возместят. Спектакль -- 19-го, в субботу, вечером. В театре прихватил и красивую афишу, повешу в институте.
"Анти-Ахматову" можно и прекратить читать, волнует не пафос, а разнообразные детали, эпоха становится объемной. Вспоминает мой старый знакомый и даже приятель Женя Рейн:
"И вот однажды Анна Андреевна попросила меня привезти этот портрет к ней, так как ей что-то из ташкентских времен припомнилось, и она хотела поверить свои воспоминания по этому рисунку. С Лидией Яковлевной все уже было оговорено.
Я привез его на Петроградскую сторону к Анне Андреевне. Ахматова поставила портрет на столик. Неожиданно посреди беседы она спросила: "Женя, вы можете вынуть его из рамки" -- "Ну, конечно", -- ответил я и через пару минут кухонным ножом раскрыл рамочку. И тогда Анна Андреевна достала откуда-то ластик и карандаш, которые, вероятно, были у нее припасены заранее. К моему удивлению, она решительно что-то подчистила ластиком и столь же решительно что-то поправила карандашом на рисунке. "Он сильно преувеличил знаменитую горбинку, я немного поправила. А теперь это дело надо вернуть на место". И я вставил рисунок обратно под стекло".
Речь идет о рисунке Александра Тышлера, который принадлежал Лидии Яковлевне Гинзбург. Так ославить свою принципалку мог только человек, совершенно не представлявший себе, что такое художественная ценность и что такое авторское право. Но ведь и она этого совершенно не представляла! Боже мой, почему Женя не подумал, прежде чем такое вспоминать.
Свободное копирование
