24 июля, суббота. Приехал поздно вечером из-за различных пробок. Много было по дороге аварий, иногда ужасных. Стоишь всегда или там, где регулирует движение милиция, или там, где живет власть. На этот раз долго держали возле Архангельского, где живет много власти. Там даже выстроили несколько лет назад фантастический пункт ДТС. Ну и правильно, будто знали, что именно там поселится наш премьер-министр Фрадков. Теперь мы пропали, надо ездить по Киевскому шоссе.
Когда уже ехал по поселку, то в свете фар увидел огромные лужи, видимо, только что прошла гроза. Дороги, наши улицы, по которым до глубокой ночи бродит дачная молодежь, на этот раз были пустые. Я про себя это отметил, но подумал, что безлюдье связано с дождем. Оказалось, что уже несколько часов, как в поселке отключен свет. Холодильник, который, уезжая с дачи в последний раз, я оставил включенным, разморозился. Но это и к лучшему, лежавшие в нем блинчики были уже готовы к жарке. Как хорошо жить без телевидения. Утром вокруг стояла неожиданная тишина: ни тебе далекого жужжания электропилы, ни фона радио, ни даже комариного попискивания кофемолки. Неужели люди жили так раньше?
Месяца полтора назад с подачи Владислава Александровича Пронина приходил некий паренек за интервью для вузовского вестника. Я, наверное, уже писал об этом, паренек оказался умненьким и, главное, заинтересованным. Ему было интересно меня спрашивать, мне интересно отвечать, но все равно я не думал, что может что-либо получиться. Тем не менее получилось. Если у моего дневника будет еще читатель, то, возможно, он заинтересуется технологией этого текста. Буду, как всегда, помещать это фрагментами.
О названии; как возник текст. Всякий раз перед лицом новой рукописи писатель всегда -- начинаю-щий. И у дневников только название "Днев-ник ректора". Я "дневник ректора" не писал, я писал дневник многие годы. И когда возник-ла необходимость приклеить к блюду необхо-димую "этикетку", придумали "дневник рек-тора". На мой взгляд, это не очень удачное название. Оно удачно в том отношении, что несколько проясняет дело. На самом деле -- это просто МОЙ дневник. Просто дневник писателя, который в данный момент по тем или иным причинам работает. Я никогда не думал об их публикации. Сначала я писал от руки; "спровоцирован" на написание дневника я был лишь фактом ранней смерти своего дру-га -- Визбора. Затем я купил свой первый но-утбук и стал работать на нем. И один раз, слу-чайно, текст был напечатан. И когда он ока-зался на бумаге, я увидел, что это текст. А к тексту отношение другое...
Несколько причин, по которым я стал писать дневник. Сегодня проза переживает очень сложный период: проза в чистом виде всем надоела. Мы уже заранее знаем, что все это вы-мысел. Мы открываем роман и говорим: "Это придумано, придумано, придумано... Этого не было". И автор начинает изворачиваться, что-бы этих "придумок" было как можно меньше. Он маскируется... И дневник в какой-то мере за-полнил вакуум, который у меня возник, посколь-ку я не могу не писать. Во-вторых, я человек по-литически активный, и в дневнике я отвечал сво-им оппонентам. Вы спрашиваете о том, для кого я писал... Как опытный человек я могу вам ска-зать, что когда ты пишешь неискренне, то тебе лучше не писать вообще, поскольку в этом слу-чае ты никому не нужен. Поэтому, для кого бы я ни писал, я стараюсь писать предельно честно. Я лишь оставляю кое-что "для расшифровки". Я, быть может, не говорю чего-то открытым тек-стом: хотите подумать, поразмышлять -- пораз-мышляйте... Остальное завтра.
Свободное копирование
