Стоп! Смена караула: художники пришли - меценаты, авторские полотна, улыбки, дарить будут. Интеллигенты высоколобые.
-Здравствуйте!
-Здравствуйте.
А у меня руки Геночкой пахнут. Сейчас отмою вот... Так, садитесь. Какие же вы, право, молодцы!
Пейзажи, натюрморты, масло, акварель, жанр, графика. Взлеты глубины, проникновения. Традиции, авангард - богатство, право. И маленький же, черт возьми, город, а свистни только - и таланты заявятся, с улицы набегут. Так ведь тем и спасаемся, и разговор на какой волне: передвижники, импрессионисты, пленэр, перспектива. Потом развесили всю красоту в ряд, и улыбнулась эта стена, и санитарочки охнули. А мы свое: Маковский, Серов, Ренуар, Ван Гог. От Геночки, значит, и до Ван Гога включительно - это мои фланги. Что же в середине?
-А гражданин Ерш по письму вот пришел, извольте его.
Этот Ерш предполагает лечить рак не "ножиком, а травами". Он письмо написал в Министерство. Буквы неровные, склеротичные, а мысли туманные и параноидный пафос, конечно. Ладно. Ты параноик - я параноик, садись, пожалуйста, напротив, уважаемый Ерш, только не рассердись. Только бы ты не обиделся, не написал бы снова! Я говорю:
-Мы с вами это понимаем...
Есть такой ход как бы доверительный: "мы с вами". Тонко, и разом предполагается некая общность, которая сама собой уже разумеется, еще душевно и запанибрата чуток.
-Нас с вами не поймут... А вот мы с вами так не поступим... Таких дураков, как мы с вами, работа любит...
Далеко можно скакать на этом коне и без лишних забот-хлопот - экономично.
Закончили мы с Ершом, и отшился он, а я дальше по всей клавиатуре: до - ре - ми - фа - соль...
Что там следующее?
Свободное копирование
