В КБПР была реализована детективная история с приобретением нового китайского партнера. Завод поставлял китайцам двигатели АЛ-31 для купленных ими самолетов Су-27. В 90-е годы ОКБ - разработчик АЛ-31 адаптировало этот двигатель для китайского одномоторного истребителя J-10 (Дзян-10). Для чего развернули коробку самолетных агрегатов в нижнее положение и доработали стыковку коммуникаций двигателя и самолета (изменили внешнюю обвязку). Мудрый руководитель ОКБ продал нашему Генеральному директору лицензию и документацию по этому проекту с целью дальнейшего сотрудничества. При этом он отказался передавать эталонные трубопроводы обвязки двигателя (пара сотен образцов различно изогнутых трубок из металла), имевшиеся в единственном экземпляре, сославшись на свои производственные нужды. То есть "Салют" купил "фантом", потому что без эталонных компонентов обвязки нельзя изготовить двигатель в завершенном виде.
По имевшимся у нас слухам китайцы собирались посетить Москву и сообщить о новых изменениях в конструкции самолета, которые должны были затронуть исходную обвязку двигателя. Я предложил Гендиректору с опережением отправить нашу небольшую группу в Пекин к замминистра китайского авиапрома мадам Янь. Быстро добились аудиенции по причине желания познакомиться. Мадам оказалась суровой крепкой женщиной в возрасте около 70 лет, училась еще в СССР, говорила по-русски и знала наизусть много наших песен. Мы сообщили следующее. "Китайцы хотят получать серийные двигатели для J-10. "Салют" имеет лицензию на право серийного производства АЛ31 и его модификаций, тогда как ОКБ-исполнитель ОКР имеет лицензию только на разработку опытных образцов. Поэтому мы купили у них лицензию для серии и готовы самостоятельно оперативно доработать двигатель под требуемые китайцами изменения, так как наше КБПР имеет необходимые лицензии на право разработки авиадвигателей". Мадам взяла время подумать и посоветоваться. Через двое суток китайцы убедились в справедливости информации и напросились нанести визит на завод и в КБПР. В ходе поездки они увидели в КБПР первый в РФ электронный макет их двигателя, где можно было изучать все подробности конструкции. После осмотра китайская сторона приняла наше предложение. Через пару недель мы вылетели на 1.5 месяца в Чэнду для обсуждения примерно 60 требуемых изменений в конструкции двигателя.
Переговоры с китайцами относятся к разряду самых трудных в дипломатии. Нашим представителям задавали ряд вопросов, которые конспектировались с ответами. Потом появлялась новая группа, задававшая те же вопросы. За ними третья волна "вопрошателей". После чего старший китаец изучал расхождения и заставлял дополнительно выяснять детали. Затем готовили решение для принятия руководством. На переговорах сидел человек, у которого в визитке было написано "Служба наблюдения за важными объектами". Мы подкалывали вопросом, это за людьми или за секретами? Ответ был "За всеми!" Выходили в коридор позвонить по мобильному телефону в Москву. Когда возвращались в зал совещаний, было впечатление по радостным китайцам, что здесь наши конфиденциальные разговоры транслировали по громкой связи. В финале путешествия более суток непрерывно согласовывали протокол совещания, где по каждому пункту китайцы хотели протащить дополнительные условия. Каждые 6 часов менялись переводчики, а мы не смыкали глаз. Во время паузы попросил одного молодого китайца помочь подменить сменного переводчика. Тот взвился "Я менеджер!" Подписали контракт в 4.30 утра, после чего нас повезли в аэропорт.
Через три месяца мадам Янь с большим коллективом прилетела проверить состояние дел. Делегацию отвели в сборочный цех, где показали готовый двигатель с набором выполненных изменений. Мадам позвонила по телефону разработчикам ОКБ, те оперативно прислали двух ведущих конструкторов. Они пару часов изучали двигатель и задавали вопросы, после чего позвонили своему руководству и сообщили, что замечаний к нашей работе нет. На "Салюте" мы первыми среди двигателистов РФ начали внедрять вместо образцов трубок фотоэталоны, где элементы обвязки были изображены в 3Д. Был подписан контракт на испытания двигателя в составе объекта в Китае и позже на серийную поставку двигателей "Салютом". В результате этой операции "Салют" получил многолетний рынок сбыта, а КБ-партнер после "хитрого" трюка с полупродажей лицензии осталось ни с чем. Проведенные КБПР доработки двигателя прошли необходимый цикл испытаний и стали интеллектуальной собственностью "Салюта". Позже были согласованы выплаты коллегам роялти с поставок в Китай.
Забавный эпизод был при продаже китайцам ремонтной технологии двигателя АЛ31. Чтобы опередить конкурирующее предприятие, Гендиректор дал задание переводчикам заранее сделать английскую версию документации, что заняло несколько месяцев. В ходе переговоров китайцам показали стол, где были разложены все тома на английском языке, платите и забирайте. Наша сторона назвала цену, например 5 млн. 700 тыс. долларов США. Китайцы посоветовались, перезвонили руководству в Китай и ответили "Абсолютно неприемлемо!" Наши переговорщики задумались, начали обсуждать между собой варианты скидок от 5 до 20%, но как-то все не нравилось. Решили напрямую спросить их вариант цены. Главный китаец гордо ответил "5 млн. 650 тыс. долларов, что означало символическую скидку в 1 %". Наши облегченно вздохнули и пошли оформлять контракт.
Свободное копирование
