Другой проект, разрабатываемый в лаборатории, касался стафилококковых энтеротоксинов. Начало исследований по этой тематике имеет свою историю, ибо инициатором их была В.И. Бугрова - сотрудница Института Питания АМН СССР. Однажды она позвонила и предложила встретиться, чтобы обсудить научное направление, в котором была заинтересована ее лаборатория. Речь шла о недавно открытой новой группе токсинов, вырабатываемых стафилококками. Эти токсины вызывали пищевые интоксикации, представляющие большую опасность, как для детей, так и для взрослых. Главная проблема, с которой столкнулись практические учреждения, занимавшиеся вопросами питания, заключалась в трудности обнаружения этих токсинов в зараженных пищевых продуктах. В.И. предложила сотрудничество в разработке методов тестирования токсинов, что и стало предметом исследований нашего совместного проекта. Выполнение биохимической части работы мы взяли на себя. Главным исполнителем проекта с нашей стороны была Ирина Николаева. По мере продвижения работ, количество участников сильно расширилось, поскольку стали появляться новые интересные аспекты в исследовании этих макромолекул, представляющих как научный, так и практический интерес. К концу 1980-х годов у стафилококковых энтеротоксинов обнаружили высокую иммуномодулирующую активность, что послужило основанием для использования их в качестве индукторов в синтезе цитокинов (в частности интерферона). Позднее на модели этих энтеротоксинов был открыт суперантигенный эффект, лежащий в основе механизма их поражающего действия. Так было положено начало изучению новой группе бактериальных и вирусных пептидов, названных суперантигенами.
Ирина Н. пришла в лабораторию вскоре после окончания медицинского института, правда, перед этим два года она вместе со своим мужем Сергеем Г. отработала по распределению в системе здравоохранения. Ирина довольно быстро освоила навыки экспериментальной работы и вполне успешно проводила исследования по препаративному разделу проекта. У меня установились дружеские отношения с ней и ее мужем. Сергей привлекал своей открытостью, и, как мне казалось, ничто не предвещало, что он бросит свою медицинскую специальность и уйдет на службу в КГБ. Но когда это случилось, то Ирина тут же информировала меня о произошедших переменах. В последствие Сергея назначили заместителем директора по режиму в одном из академических институтов. Иногда Ирина приносила в лабораторию смешные анекдоты, которые просачивались из чекистской среды, но самое замечательное было то, что периодически нам перепадала кое-какая запрещенная художественная литература, изданная на Западе и конфискованная на советской таможне. Так однажды мне в руки попал "Раковый корпус" А. Солженицына, за чтение которого, как тогда было известно, власти угрожали немалым тюремным сроком. Правда, Ирина дала мне эту книгу на очень короткое время и с серьезными оговорками, но не воспользоваться представившейся возможностью было бы непростительно.
Препаративная задача по получению высокоочищенного препарата токсина была не из легких, однако Ирина успешно справилась с ней. Специфический компонент, необходимый для приготовления диагностических антисывороток, был выделен, что позволяло конструировать методы обнаружения пищевых отравлений, вызываемых стафилококками. Цикл исследований, выполненных Ириной, был положен в основу ее диссертационной работы, защита которой завершилась присуждением степени кандидата наук. После защиты кандидатской диссертации Ирина ушла из лаборатории, но продолжала заниматься научными исследованиями на других моделях. Через несколько лет она защитила докторскую диссертацию.
Несмотря на то, что наши научные пути разошлись, когда я приезжал из Штатов в Москву, то встречался и с Ириной и с другими моими бывшими сотрудниками. Иногда, собравшись компанией, они приезжали ко мне на дачу, что доставляло мне большую радость. И хотя судьба разбросала нас по разным континентам, все они остались не только в моей памяти, но время от времени появлялись и в реальной жизни.
Свободное копирование
