Взгляд изнутри - 103

ГЛАВА 23

Жизнь атомного полигона. Я становлюсь "Начальником "экспедиции" и "командиром В/Ч". Воздушные испытания. Подготовка к первому подземному испытанию "изделия". Ю.Б .Харитон.

 Эту главу я начну с некоторых положений, которые узнал и освоил по мере работы в новом амплуа и которые помогут лучше понять события, происходящие позже.

 Повторюсь и напомню, что Полигоном руководил его Начальник, в это время генерал-майор Иван Николаевич Гуреев (командир В/Ч N, который не просто не помню, но и не знал и не интересовался им) со своим Штабом, в котором был полный набор всех необходимых отделов, размещённых в описанном мною ранее здании, и служб разных направлений, необходимых для выполнения всех жизненных функций очень крупного хозяйства, каким являлся Полигон. В первую очередь скажу, что в составе этого крупного Войскового подразделения имелось довольно важная Научно-исследовательская часть, руководимая полковником Николаем Николаевичем Виноградовым, размещавшемся в группе зданий, ограждённых своим забором и охранными устройствами. Управление Тыла, которым командовал полковник Иван Белый, Штаб которого размещался тоже в отдельном, довольно большом здании в городке. В составе Тыла имелись, также, необходимые службы: торговли, общественного питания, быта и т.п. Естественно, в составе В/Ч Полигона имелись боевые войсковые части, осуществлявшие охрану всего периметра ограждённой территории, поддержания порядка - комендантские функции, и др. Имелся аэродром с необходимым инженерным оборудованием, на котором базировалось какое то число самолётов и вертолётов, в том числе командирский самолёт типа "Дуглас" (по моим понятиям).

 Все виды строительства, осуществляемые в значительных объёмах, проводились войсковыми подразделениями Военных строителей, объединённых Штабом крупного подразделения под руководством полковника Падушинского (с которым я уже познакомился). В составе Управления Строительства имелись множество строительно-монтажных, подсобно-вспомогательных и других подразделений, базировавшихся на своих территориях, производства, склады материально-технического снабжения со своими подъездными путями и т.д. и т. п. Как мне говорили, должность Командира этих строительных Войск была генеральской, но Падушинскому очередного звания не присваивали, из-за "пятого пункта", он был евреем по национальности (такие ходили слухи).

 В городке имелся Государственный банк, в котором (по непонятным мне причинам) руководство и служащие были в погонах. Было и Управление Особого отдела, которым в то время руководил полковник в погонах военно-воздушных сил, фамилию которого совершенно не помню. Очевидно, было много и других подразделений, объектов, родов войск, о которых я не знал, потому что не приходилось с ними сталкиваться.

 Командир гарнизона, то бишь, генерал И.Н. Гуреев, со своим Штабом был здесь "Заказчиком" по отношению к привлекаемым военным строителям, являвшимися "Генеральным подрядчиком", и ко многим Специализированным подразделениям (партиям, экспедициям и др.), являвшимися Субподрядными организациями. К категории последних относилась и наша Экспедиция, в функции которой входило сооружение подземных горных выработок, камер для размещения в них ядерных зарядов, специального оборудования и приспособлений, животных и прочего, для проведения испытаний ядерных устройств и связанных с этим Научно-исследовательских работ во многих областях знаний. Наша (а теперь моя) Экспедиция была одной из самых крупных по объёму работ, численности и важности, среди многих других и это чувствовалось во всё время моего пребывания на Полигоне, да и давало кое-какие мне преимущества. По моим оценкам на Полигоне, имея ввиду не только его Центральный городок - "Берег", а и все площадки, размещенные в разных местах обширной площади, одни из которых уже "отслужили" своё назначение, а другие создавались для определённых целей, находилось не менее сотни тысяч человек.

Кроме постоянных Войсковых подразделений, на Полигоне беспрерывно шло обучение приезжавших сюда офицеров разных родов войск, целых Войсковых подразделений. В городке функционировало несколько десятков трёхэтажных офицерских общежитий для приезжающих на курсы, десятки таких же домов-гостиниц для приезжающих и отъезжающих гражданских лиц. В довольно красивом и архитектурно-оригинальном здании Дома Офицеров демонстрировались кинофильмы, проходили вечера отдыха в выходные дни, торжественные собрания по случаю праздников и другие культурно - развлекательные мероприятия.

На внутренних территориях Штабов и некоторых подразделений были оборудованы спортивные, волейбольные и баскетбольные площадки, на которых в вечернее летнее время и по выходным проводились игры, товарищеские соревнования и здесь присутствовало много "болельщиков".

 Вправо от здания Штаба гарнизона, если смотреть на главный фасад, размещался довольно большой сад - парк, на территории которого, ближе к левому берегу Иртыша, стоял большой каменный коттедж, где проживал с семьёй генерал И.Н Гуреев. Недалеко от него - небольшой гостиничный комплекс (двухэтажный жилой, на номеров 10, дом и одноэтажные подсобные помещения) для высокопоставленных гостей, которые появлялись часто на Полигоне - Крупные учёные, Маршалы, Генералы, Министры и другие, приравненные к ним, лица. На первом этаже этой гостиницы, была небольшая комнатка, вход в которую шёл прямо под лестничным маршем с первого на второй этаж, отданная в постоянное распоряжение начальника Экспедиции Комбината, т.е., в данном случае, меня. Я мог в любое время появляться и пользоваться этим жильём без какого либо дополнительного оформления.

 Постоянный состав старших офицеров Гарнизона проживал с семьями в квартале одно - и двухквартирных коттеджей, или в квартирах многоэтажных домов. Все остальные участники жили в общежитиях, казармах, естественно, это были или холостяки, или офицеры, семьи которых продолжали находиться в местах постоянного проживания. В силу вышесказанного понятно, что соотношение мужского и женского населения было весьма и весьма великим. Ну, и ещё одно, немаловажное обстоятельство - на полигоне существовал "сухой закон", установленный руководством Полигона. Два последних обстоятельства создавали очень своеобразную "атмосферу" в общественной жизни Полигона.