Я-то вообще не хотел праздновать свое пятидесятилетие, оно и не отмечалось, официально не отмечалось, поскольку я заявил, что не приду. Тогда ведь как было: на предприятии созывалась масса народа, делался доклад о жизни и деятельности виновника торжества, все совали ему адреса и произносили высокие слова. Я категорически отказался от подобного чествования, и когда все поняли, что это искренне, то утихли. Но чтобы не посчитали, что я увильнул, повторил: на чествование не приду, а банкет устрою, желающих напою, я не скупердяй. Думаю, это всех утешило. Банкет удался, прошел хорошо и весело, всем понравилось, правда, мы оттуда вернулись голодные, хотя стол ломился от еды, — столько хохотали и болтали, что есть было невозможно.
На нормальные юбилеи приглашается начальство, все его замы, руководители основных отделов. Я сказал: «Пошли вы к черту, приглашу только прямых начальников, то есть Королева и его заместителя — но только одного заместителя, он мой прямой начальник, — зато приглашаю всех, с кем связан по работе, вплоть до механика, до рядового рабочего, всех по вертикали». И обид никаких не было, потому что все увидели — у меня другой принцип приглашения.
На улице перед рестораном стояла толпа, потому что разнесся слух о приезде космонавтов, и хотя ресторан был закрыт, мы его полностью, как говорится, откупили, толпа все равно не расходилась, а из вестибюля доносился голос Левитана! И любопытных уже нельзя было разуверить в приезде космонавтов, тем более что один космонавт действительно присутствовал, Алексей Елисеев. Приглашенных встречал плакат — список слов и словосочетаний, запрещенных к употреблению. К примеру, «высокоталантливый», «выдающийся», «уникальный», «замечательный», а особенно выражение «в то время как вся страна…»
Стол «держал», как выражаются на Востоке, тамада Марк Галлай; он очень остроумно избегал запрещенных терминов, находил эвфемизмы, которые вызывали общий хохот. До сих пор жалею, что не пригласил туда дочерей, а они просились. Мне казалось, что для них слишком позднее время, считал их чересчур юными для такого праздника взрослых, и зря: им бы интересно было посмотреть, подобные зрелища не повторяются.
Мое шестидесятилетие мы отмечали дома, это уже как-то не праздновалось, а семидесятилетие тем более. Восьмидесятилетие мы отметили в физтехе, на кафедре теоретической механики, в маленькой комнатке. Перечисляю юбилеи, не упоминая о домашних торжествах, которые происходят каждый год, как и во всякой нормальной семье.
Свободное копирование
