Весна была в разгаре. В саду расцветали олеандры и белые акации. В голове моей теснились образы, навеянные весной, величественной природой, и вместе с тем меня не покидала тревога. В мире зрела трагедия, какой еще не знала история. В Италии темные силы уже вышли наружу. Фашистский диктатор Муссолини — дуче, как его звали тут, — обладал всей полнотой власти.
В Риме, в непосредственной близости от Ватикана, прикрывавшего своей длиннополой мантией режим власти, только бы оставались в плену католицизма души людские, только бы не запрещалось верующим нести в храм подаяния, коим умножалось величие папы и его кардиналов, я невольно обратился к образам апостолов веры. Героические образы Микеланджело, пример его жизни указали мне направление.
По замыслу «Иоанн», «Иаков», «Иуда» должны были выразить спокойствие и смятенность, сомнение и веру, благородство и предательство, слабость и силу человечества. Главенствующей фигурой всей сюиты стал «Пророк» — работа, которая первоначально была названа «Лазарь, восстань». Исступленно вскинутые над головой руки, пламя волос, вся натянутая, как тетива лука, фигура, кричащий рот убеждают, взывают, предупреждают. Когда я закончил эту фигуру, то сам почувствовал — это «Пророк».
Весь цикл был выполнен в новом для меня материале — терракоте, позволявшей добиваться большой силы светотенеконтрастов.
В старинном саду догорала римская весна-примавера. По ночам в небесных окнах, образуемых густыми кронами магнолий и платанов, загорались яркие звезды. Думалось о величии мироздания, о красоте вселенной. Следя за полетом дальних светил, в кромешной тьме я наткнулся на массивный почерневший от времени пень. Весь пень избороздили морщины времени — он был загадочен и прекрасен, как космос, лишь слегка приоткрывающий нам свои дали в ночные часы, когда уйдет за небосклон дневное светило. Бородатый, со сросшимися у переносья бровями старец — «Космос» глядит на людей далеким манящим взглядом. В этом взгляде, когда я оставил стамеску, отошел в дальний угол мастерской посмотреть на него со стороны, почудился мне синий блеск звезд.