27 июля 1980 г.
Снова – ноги сами принесли на Таганку. В театр заходить не осмелился (там горе семейное, родным не до посторонних), постоял около, вглядываясь в глаза, вслушиваясь в разговоры – среди таких же, в жутком ступоре людей, ощутивших здесь (может быть, впервые) силу взаимного притяжения. Поразило множество прекрасных лиц – открытых, чистых, просветлённых. Несколько раз ловил себя на смутном ощущении – в лицо людей узнаю, а где, когда встречались – не припоминаю, и тут пронзило: да здесь же все – свои, знакомые, ведь столько лет вместе, с того момента, как Он всех нас сблизил, подружил...
Без звонка («двушки» не было), наобум пошёл к Гуковой; обзвонился в дверь, потом ещё на подоконнике посидел, покурил, в тщетной надежде, что, может быть, появится, пока вспомнил: её же в Москве нет – к матери в Германию уехала.
...В этом году Высоцкий мистически сам о себе напоминал. «Вишнёвый сад» с Ним смотрел на третий день после Его возможной гибели, последний раз видел Высоцкого живым во Дворце спорта, а до того пропустил вечер Вайнеров в ЦДЛе, в день смерти получил журнал с жёстким Его портретом...
Свободное копирование
