Евгений Николаевич поехал в штаб корпуса за какими-то разъяснениями. Вечереет. Мы бродим по полю. Накрапывает дождик. Земля сразу превратилась в болото, над которым виснет мглистый, гнилой туман.
- Бр... Не хочется в крепости оставаться, - говорит Левицкий.
- Знаете что? - предлагает Кириченко. - Давайте отрежем себе кончик уха, уедем в Киев и там заявим прокурору, что бежали из плена, где нас пытали.
- А Костров таки улизнул, - говорит адъютант. - Выпросил отпуск у командира. Будет он потом на аэроплане пробираться в крепость.
За ужином Базунов разносит штабное начальство:
- Кабак!.. Форты не готовы. Телефоны не действуют. А главное - вооружения нет. Едва только одна треть вооружена. Да и та - старыми пушками. Ведь крепость устроена как? К обложению не готовилась. Теперь наскоро устраивают форты на восток. Был только один форт, вынесенный на восемнадцать вёрст. Приходится возводить второй ряд укреплений, но они ещё не закончены. На этих укреплениях поставлены будут «штурмовые батареи». Это прежние медные пушки. Заряжаются старыми снарядами, которые, вероятно, и рваться уже не будут. Стреляют на близкое расстояние. Это значит - жди, пока неприятельские колонны полезут на штурм...
- Как же они смотрят на исход обороны?
- По обыкновению: очень игриво. Храбрости - на словах - черт знает сколько. Начальник штаба дивизии с гордостью заявил: не успели залезть в окопы, как уже шпиона австрийского поймали. И очень рад. А они, подлецы, нарочно подсылают своих, чтобы сбивать нас с толку. И как прут! По пятам за нами идут. Не успели занять окопы, а они уж, извольте вам, появились! Понимаете, как несутся? Выяснилось, что в лоб лезут австрийцы. Их немного. Но везут с собой шестнадцатидюймовки. А с боков чистые германцы. Чешут вперёд, как оглашённые. Прут на автомобилях, на тракторах. Везут орудий до черта. Хотят ударить с боков и с тыла.
- Как с тыла? А Ковно?
- Ковно больше трёх дней не продержится. А Новогеоргиевск пал.
- Пал?
- Да они «бертами» своими как саданут, так форт пополам: как скорлупа трескается.
- Какой же ваш общий вывод?
- Общий вывод такой: нет у нас больше крепостей.
- А Осовец?
- Осовец что? К Осовцу орудий никак подвезти нельзя. А Брест - пустое место. От него после первого выстрела ничего не останется.
- Что же в конце концов решили?
- Ничего не решили. Наверху растерялись и сами не знают, что делать. Сначала нас хотели направить походным порядком в Гомель. Потом назначили было всю дивизию в резерв. А теперь уж я и сам не пойму, как будет. Главное - все перегрызлись. Командир корпуса обиделся на начальника дивизии. Начальник дивизии, видите ли, вошёл в непосредственные сношения с фронтом, минуя штаб корпуса. Комендант крепости свою сторону тянет.
- Да из-за чего грызня?
- Господи! Не понимаете?.. Каждый старается поскорее улизнуть из крепости, а делает вид, что горит патриотическим жаром и жаждет пасть смертью храбрых.
- Кто же теперь всем распоряжается?
- Комендант. Форменный идиот. Ни уха ни рыла не понимает. Горелова назначили командовать артиллерией всего сектора, потому что он генерал-майор. А командиры тяжёлых дивизионов - капитаны и полковники. Одним словом - кабак.
- Что же будет?
- Думаю, что решено эвакуировать крепость. Такое у меня впечатление. На моих глазах нагрузили два поезда девятидюймовыми снарядами.
Свободное копирование
