Суббота, 14 мая
Все утро много работал над извлечением сведений для исторической части статьи о Пуссене. Редко когда я отдаюсь этой работе с увлечением; чаще она меня страшно тяготит. Как бы то ни было, я упорствую и, надеюсь, доведу ее до конца. Это будет поводом еще задержаться здесь немного. Около трех часов сделал прогулку вдоль деревни, чтобы дойти до другого конца. Рассчитывал по дороге повидать мэра и купить сигар; мне удалось только последнее. Но по дороге меня ожидали разные встречи, вызвавшие во мне досаду, так-как они предсказывают конец покою, которым я наслаждаюсь. Вся семья Барбье пожалует завтра и останется на два дня, а также, может быть, г-жа Вийо! О небо, сжалься надо мной!
Дорога в лес, которой я пользовался, когда жил здесь, впервые показалась мне прелестной, особенно аллея, идущая к антен-скому дубу. Вырубки, которые здесь сделаны и, к несчастью, будут еще продолжаться, совершенно меняют вид этой части леса.
Вечером спустился к речке и сделал прогулку вдоль берега в сторону моста. Я был очарован обилием и спокойствием этой воды: никогда она не казалась мне такой живописной. На закате ее краски были точь-в-точь как у Зиема... Затем несколько раз еще прошелся по саду при легком лунном освещении, сливавшемся со светом гаснущего дня.
Во время этой одинокой прогулки испытал несколько счастливых минут. Грустные чувства, вызываемые в нас природой, показались мне здесь, на берегу реки, больше чем когда-нибудь необходимой частью нашего существования. Это трудно определимое чувство, которое каждый человек, может быть, считает присущим только ему, находит отклик во всех чувствительных существах. Современные писатели грешны лишь тем, что отводят этому слишком много места в своих сочинениях; северные поэты, и особенно англичане, являются родоначальниками этой поэзии. Все их влечет к мечтательности: и более замкну-тая жизнь, и более суровая по виду природа.
Барбье с женой приходили для разных работ по дому. Нехороший день!
Около десяти часов прогулка по лесу, затянувшаяся под влиянием неприятных мыслей. Вернулся домой, где все было в беспорядке из-за работ этого доброго малого. Я превратился в стекольщика и закончил промазку стекла. Все же у меня было несколько приятных минут за чтением в Ревю британик приключений арабской женщины, освобожденной из невольничьего каравана негров.
Я начал также и дочитал во время обеда в мастерской статью о Карле V в монастыре; меня живо занимает все интересное, что случается встретить в книгах. Великие люди, взятые как они есть, без прикрас, и изученные с лупой в руках, если и не являются всегда воплощением благороднейших сторон человеческой природы, то по крайней мере слабостями своими могут служить утешением тем, кто недоволен собой в силу излишней скромности или чрезмерной жажды совершенства. Этот великий император был страшный лакомка и все время ощущал неудобство этого порока, но был не в силах побороть, его, и этому не помогало ни чувство собственного достоинства, ни слабость желудка. Подагра, обычное наказание всех обжор, — и та не могла наложить узду на его чувственность.
Я с удовольствием увидал, читая статью, что это был великий человек, одаренный большой энергией и многими привлекательными чертами, но история в целом оценивает его иначе; обычно его изображают человеком холодным и коварным. Историки, или, скорее, воображение общества, которое все преувеличивает и всюду ищет резких контрастов, делает его полной противоположностью Франциску I, который нам представляется не иначе, как в образе нашего веселого соотечественника, отважного и весьма легкомысленного. Карл V, как и всякий другой, имел свои слабости; он также был очень храбр и очень снисходителен ко всем окружающим. Горе, которое он испытал, потеряв свою последнюю жену, сильно способствовало решению, положившему конец его роли на исторической сцене.
Вечером этого же дня вышел после обеда на прогулку. Согретый обедом и чтением, я взбирался по маленьким тропинкам к холму, еще совершенно мокрому от дождя. Почувствовал недомогание, которое кончилось только с возвращением домой, где я еще целый час слонялся без дела, прежде чем улечься спать.
Свободное копирование
