В это время жил в Москве молодой бельгиец (я не помню его фамилии), человек очень приятный. Он поставлял машины на русские фабрики с завода своего отца, находящегося близ г. Термонда. Он просил меня заказать водоподъемные машины на его заводе. По приезде в этот городок, я был очень любезно принят хозяином завода и его семейством. После подробного осмотра завода хозяин его проводил меня на станцию железной дороги, на которой я в первый раз лично удостоверился в том, о чем так часто случалось читать, а именно, об отношениях в Западной Европе капиталистов к пролетариям. Провожавший меня хозяин завода, показавшийся мне весьма добрым человеком, весьма надменно и деспотически относился к встречавшимся с ним крестьянам, по-видимому, нисколько от него не зависевшим.
В Брюсселе я осмотрел водопровод и несколько механических заводов. Краткое описание водопровода я поместил в 1-й главе вышеупомянутой статьи, помещенной мною в "Вестнике промышленности" 1859 года. Водоподъемные машины, изготовленные на заводах в Брюсселе, а равно и в Термонде, показались мне недовольно прочными для Мытищинского водопровода в виду того, что машины на нем действуют безостановочно день и ночь, что не имеется механика для постоянного за ними наблюдения и что, по недостатку в то время механических заведений в Москве, починка их представила бы значительные замедления. Все осмотренные мною заводы, на основании изготовленных мною условий на поставку водоподъемных машин, давали подписки о ценах, по которым они брались поставить машины. В некоторых заводах мне очень ловко намекали, что несколько процентов с просимой ими суммы даются заказчику, но один из брюссельских заводов без всякой церемонии упомянул в данной им подписке о стоимости машин, что в этой стоимости включены 10 процентов для меня. Я сохранил эту подписку, как курьез, немедля прекратив всякие сношения с давшим ее заводом. При этом не могу не заметить, что, когда через два года я снова объезжал часть Европы для заказа на гораздо большую сумму принадлежностей Троицкой железной дороги, мне не только ни один заводчик не давал подобных подписок, но даже нигде не было ни малейшего намека на представление мне процентов с назначаемой цены {на заказываемые мною предметы} или каких-либо других взяток. Вот как скоро разнеслась между заграничными заводчиками весть о том, что меня нельзя подкупить.
В Брюсселе я оставался несколько дней, был в палате депутатов и в театре. В палате депутатов толковали о каменноугольном вопросе и с видимым неудовольствием отзывались о Франции, называя ее "соседом могущественным", так что казалось, что называют ее "соседом опасным". Театр очень хорош, напоминает в малом виде Большой Московский театр. Город, который почему-то называют маленьким Парижем, мне не очень понравился. Нет тени движения, роскоши и элегантности, которые встречаются на парижских улицах.
Свободное копирование
