авторов

963
 

событий

138845
Регистрация Забыли пароль?
Мемуарист » Авторы » Sergey_Prokofyev » Сергей Прокофьев. Дневник - 2522

Сергей Прокофьев. Дневник - 2522

21.08.1929
Кюло, Франция, Франция

На другой день (двадцать первого) приехал Сувчинский. В очень хорошем настроении я отправился встречать его, но первые его слова - о смерти Дягилева.

Я воскликнул: «Нет?!», - но по существу не сразу воспринял, настолько жив и живуч образ Дягилева. Пока Сувчинский рассказывал: «Третьего дня... от фурункула... в Венеции», - до меня постепенно доходила сущность. От фурункула - он всегда боялся их. Когда, по моему возвращению из России, мы назначили свидание, он манкировал, потому что у него был фурункул (я удивился тому).

Смерть Дягилева случилась как раз тогда, когда я, в связи с расхождениями при постановке «Блудного сына», как-то отошёл от него. То, что в кохновской истории Дягилев стал против меня, ещё более подчеркнуло эти расхождения. Мне стало казаться, что с этими балетами цикл моих отношений с Дягилевым исчерпан. В деловом отношении эта кончина, казалось, не ударяла по мне так, как она несомненно ударила по другим, более молодым композиторам: Риети, Набоков, Дукельский - для них, конечно, рушилась масса надежд. Но Дягилев - как гениальный руководитель, но Дягилев - как замечательно интересная личность, как «вещь» (Сувчинский когда-то про Шаляпина: «Мне он нравится как «вещь»!), - вот где я чувствую потерю.

Пташка тоже потрясена и не может придти в себя оттого, что вчера, когда Дягилев лежал на столе, мы сидели тут со Стравинским и всячески проезжались на его счёт. Есть вроде оправдания: проезжался, собственно говоря, Стравинский, но оправдание это малое: мы слушали с удовольствием. А Стравинский в третий раз рассказывал, какая была стычка из-за купюры в «Аполлоне». Дягилев, по его мнению, в конце концов не так много понимал в музыке, но понимание замещали опытность и привычка. Я внутренне не соглашался, так как я высокого мнения о понимании Дягилева в музыке - это он доказал своими замечаниями во время сочинения «Блудного сына». А Стравинский между тем продолжал рассказывать, как на Gare du Nord в суматохе его кто-то тронул за плечо. Это был Дягилев, который натянуто сказал: «Ах, ты тоже едешь в Лондон? И я еду в Лондон. Ну вот, в дороге поговорим». Но ни в дороге, ни в Лондоне они не встречались, хотя в Лондоне остановились в одном и том же месте (в Albermarle Court, где останавливались и мы с Пташкой). Обе стороны, однако, избегали друг друга.

Весь вечер прошёл под впечатлением события. Кто наследник прав и декораций? Неужели Кохно? Неужели он будет пробовать продолжать? Конечно будет, если получит права на то: это последняя волна, которая сможет его вынести в люди. Но не вынесет. Может быть, продолжит сражаться сезон, благо есть контракты в Испании, Голландии и ещё кое-где, да может есть новинка в лице сочиняемого Хиндемитом балета. Но усохнет скоро: дело держалось Дягилевым лично, его головою и его авторитетом.

Опубликовано 12.01.2021 в 18:19
anticopiright Свободное копирование
Любое использование материалов данного сайта приветствуется. Наши источники - общедоступные ресурсы, а также семейные архивы авторов. Мы считаем, что эти сведения должны быть свободными для чтения и распространения без ограничений. Это честная история от очевидцев, которую надо знать, сохранять и передавать следующим поколениям.
© 2011-2021, Memuarist.com
Idea by Nick Gripishin (rus)
Юридическая информация
Условия размещения рекламы
Поделиться: